<<
>>

6.1 Характер и структура субъектов трансформационной экономики: первоначальное определение

Характер формирующейся в России экономической системы и природа ее субъектов зависят от многих предпосылок. Обозначим пока две из них. Первая заключается в том, на каком этапе человеческой истории находится российское общество.

От этого будет зависеть (и зависит), какую модель, вернее, тип экономической системы мы в состоянии сформировать. Вторая важная предпосылка - чьи потребности, интересы, ценности, мотивы будут воплощены в тех формах хозяйственной деятельности, которые будут образовывать экономическую систему общества, точнее, кто, какие "социальные силы " или даже персоны формируют ее или будут формировать. Характер формирующейся системы и природа экономических субъектов, ее формирующих - две стороны одного и того же трансформационного процесса. Здесь определение экономических форм предполагает опре-деление форм (структуры) экономических субъектов, и наоборот.

В этих условиях становится необходимым исследование проблем, связанных как с содержанием самих трансформационных, преобразовательных процессов, так и с их носителями - соответствующими субъектами, интересы, потребности и другие мотивы экономического поведения которых и образуют, по существу, содержание этих процессов. Причем исследование, да и эмпирическое наблюдение этих последних затруднено. И не только потому, что зачас-тую мотивы хозяйственной деятельности основных ее участников выступают в превратной, неадекватной неким "классическим образцам" форме. Проблема заключается также и в том, что произошло сужение сферы экономической мотивации у большинства членов общества, и даже исчезновение некоторых из рациональных, целеобразующих мотивов, например, интересов. В этих условиях придется исходить из "должного", с одной стороны. А, с другой, - до анализа самой возможности в трансформационной экономике двух основных типов экономических субъектов - социально-экономических и функциональных, и выяснения степени их зрелости, придется оперировать, в том числе, нейтральными к конкретно-историческому контексту (а иногда и к экономике, поскольку будут использоваться социологические понятия), категориями.

В той мере, в какой еще только формируются основные социальные классы и институты ры- ночно-капиталистической экономики в действие вступают такие эмпирические образования как "группы интересов" , "группы влияния", "социальные силы", "акторы", а также "агенты", "игроки", "фигуры" и т.п.

Если отправляться от того, что у истории человечества есть своя логика, которая по сути представляет историю человеческой деятельности, то придется согласиться и с тем, что в этом процессе имеет место поступательность, кстати, не обязательно - необратимая. Как уже отмечалось, в качестве ступеней в движении общества можно выделить разные его формы и состояния. Для нашего исследования наиболее подходящими, являются ступени, определяемые целью или предметом человеческой деятельности, ее господствующей общественной формой и характером или природой ее субъекта.

Как мы пытались показать, необходимыми ступенями, как оказалось, являются все стадии натурального, товарного, посттоварного производства и формы, в которых индивид выступает в качестве субъекта деятельности и истории, которые находят выражение в отношениях личной, вещной и институциональной зависимости и свободной индивидуальности. Эта логика не всегда последовательно осуществляется. Но это не означает, что уровни человеческой деятельности и этапы, или ступени ее являются необязательными для любого общества. Историческая практика дает нам много примеров "перепрыгивания" через определенные ступени, смещения уровней, несовпадения их с этапами и т. д. Но это перепрыгивание приводит к тому, что не пройденные ступени все-таки восстанавливаются, а иногда и в превратных, по сравнению с "нор-мальными" для хода общественного развития, формах. Появляются такие явления, как "зигзаги", "повороты" и "тупики истории".

Прежние поколения российского общества не раз демонстрировали по- пытки восстановить те звенья исторического процесса на пути рыночно- капиталистической траектории развития, которые не были освоены или пройдены предыдущими поколениями своевременно, как это сделали страны первого эшелона капитализма.

Россия показывает признаки догоняющего- восстанавливающего развития: растянутость или сжатость во времени отдельных этапов, дискретность, а также превратность форм, в которых реализуются цели человеческой деятельности, формы общественного производства, хозяйствования и сам субъект. Наша страна с упорной настойчивостью и в определенные, может быть, общемировые, т.е. сопряженные с логикой самой истории, моменты времени, вновь и вновь вынужденно возвращается к социально- экономическим формам деятельности, не освоенным в прежние времена. Ставя цель - перепрыгнуть через какой-либо этап, уровень развития, "догнать" историю, мы всякий раз оказываемся отброшенными назад. Это обнаруживается появлением тех самых превратных форм, о которых уже говорилось ранее, в виде "крепостной промышленности", "социалистической индустриализации", "но-менклатурного капитализма" и др. Одни формы хозяйственной деятельности накладываются, наслаиваются на другие, новые - сращиваются с, казалось бы, отжившими формами. В результате утрачивается определенность целей, форм, механизмов и субъектов развития, возникает ситуация дезориентированности, хаоса и кризиса.

В материи нынешней российской действительности имеет место множество форм хозяйственной жизни . Однако, все многообразие хозяйственной деятельности в нынешней переходной экономической системе подчинено определенной системообразующей логике. Внешне кажется, что эта логика задана целями экономических реформ (или интересами реформаторов) конца 80-х начала 90-х годов или кризисом "реального социализма" , неэффективностью государственной собственности и государственных регуляторов хозяйственной деятельности и необходимостью создания рыночных механизмов. На самом де- ле логика формирования новых хозяйственных структур и форм в первую очередь задана исторической необходимостью восстановления не пройденных прежде этапов развития человеческого общества, в том числе всех стадий товарного производства и капитализма. На этом пути нас встречает целый ряд противоречий, от способов разрешения которых и зависит будущее российской экономической системы.

Как известно, рыночно-капиталистической экономике предшествовало простое товарное производство, содержательное назначение которого состоит в формировании повседневности товарного обмена, точнее в формировании привычки обмениваться продуктами труда, торговать. Именно товарообмен, а затем и торговля разрушили отношения личной зависимости, внеэкономическое принуждение, сформировали чистую частную собственность, что и по-служило предпосылкой капитализма. Российское общество в своей истории пока еще этих предпосылок не сформировало, хотя сам капитализм уже несколько раз пыталось построить, создав для него материально- техническую базу - крупное индустриальное производство . Параметры индустриального способа производства в нашей стране к середине 60-х годов ХХ века в основном соот-ветствовали таковым в странах с развитой капиталистической рыночной экономикой . Но при этом главный из них, - лично свободный индивид, ориентированный либо на предпринимательскую деятельность, либо на регулярный промышленный труд, так и не сформировался. Это проявилось в тотальном огосударствлении хозяйственной деятельности и ресурсов, в том числе, и рабочей силы, "бюрократизации управления", "пассивности трудящихся", "фор-мальном характере их участия в управлении производством и в общественной жизни", "распространении иждивенчества, социальной инфантильности, люмпенизации части населения" . Эти явления наблюдавшиеся в прежней экономической системе - реального социализма, не преодолены и поныне.

Основное противоречие экономической системы, формирующейся в России, состоит в необходимости одновременного создания таких форм хозяйственный деятельности, которые бы, с одной стороны, образовывали "ткань", "материю" рыночных отношений, в том числе и в виде самостоятельных, обособленных, ориентированных на обмен хозяйствующих субъектов, а с другой, соответствовали уровню современных производительных сил, индустриальному и, в определенной мере, постиндустриальному способам производства. В первом случае речь идет о таких формах, в которых максимально воплощается индивидуальная инициатива и активность, элементы рационального поведения, способность к риску, инновациям, индивидуальная ответственность за результаты хозяйственной деятельности, т.е.

весь "классический (или - неоклассиче- ский) набор" свойств предпринимателя.

Другие формы хозяйствования, наиболее адекватные современным производительным силам - те, которые должны быть, с точки зрения "классического капитализма", производными от капитала, но в действительности, сформировались в процессе разгосударствления и приватизации . Капиталистическими эти формы хозяйствования определить невозможно, в той степени, в какой в них отсутствует собственно капиталистический механизм их воспроизводства в

3

виде накопления капитала .

Таким образом, в экономической структуре российской действительности наметилось формирование двух основных секторов: сектора "простого" товарного производства и сектора формально (но не содержательно) капиталистического, а точнее государственно-капиталистического производства. Каждый из них олицетворяется определенными субъектами, имеет свое предназначение и выполняет свои функции в переходной экономической системе .

Социальные силы, представляющие формы хозяйственной деятельности в секторе "простого" товарного производства, включают в себя мелких предпринимателей, полупредпринимателей (совмещающие функции предпринимателя и работника по найму), самозанятых индивидуально-трудовой деятельностью. Поведение этой группы людей в основном совпадает с назначением и функциями данного сектора в переходный период. Мотивом хозяйственной деятельности здесь служит получение дохода и (или) удовлетворение потребностей. В условиях нестабильности экономики и сокращения занятости этот сектор хозяйственной деятельности обеспечивает условия выживания для мил- лионов российских граждан. При этом надо подчеркнуть, что главное предназначение простого товарного производства в переходный период - сделать стоимость основным отношением, а обмен (эквивалентами) - регулярным, массовым, то есть привычным для большинства.

Субъекты хозяйственной деятельности в капиталистическом секторе представлены крупными и средними предпринимателями, включая владельцев банков и финансовых учреждений, наемными менеджерами в сфере промышленности, торговли и сервиса .

Особые группы представляют другие наемные работники, в том числе, рабочие, чьи экономические интересы и мотивы деятельности различаются по отраслям и секторам экономики . В соответствии с назначением этого сектора в переходный период - вести экономику в направлении новых и новейших технологий, функцией этих социальных групп должно стать создание условий для экономического роста. По логике переходного пе-риода и формирующейся экономической системы в нашей стране (ее рыночно- капиталистической ориентации) именно они должны стать "ведущей силой" трансформационных процессов, в частности и потому, что сосредоточивает большую долю ресурсов и производства ВВП . Однако эта социальная группа слабо проявляет свои капиталистические функции, "проедая" капитал, являя собой эффект демонстративного потребительского поведения, или уводя его за границу . Крупные финансовые ресурсы этого сектора используются также на поддержку политической и правовой систем, отвечающих интересам этой со-циальной группы, что укрепляет здание того самого номенклатурного капитализма, который образует специфическое, "перевернутое" содержание нашей экономической системы. В то же время, внутри этой социальной группы имеет место расслоение или дифференциация по целям, способам их достижения, принципам и мотивам поведения.

Это расслоение обусловлено уже самими трансформационными процессами в частности, постприватизационным перераспределением собственности на капитал. Изменения в структуре собственников пакетов акций предприятий в капиталистическом секторе отражают процесс стихийного формирования так называемого "эффективного собственника".

Среди основных владельцев предприятий по итогам приватизации выделяются работники и менеджеры предприятий; аутсайдеры, главным образом банки, инвестиционные фонды, холдинги - вся, так называемая группа финансовых аутсайдеров; государство. Поскольку самой крупной категорией держателей акций были работники и менеджеры приватизированных предприятий, то, можно сказать, что поначалу в нашей стране сложилась континентальная модель акционирования (или модель "инсайдерских фирм"). Особые надежды возлагались на группу финансовых инвесторов, чьи ресурсы могли стать источником реструктуризации предприятий в направлении новых технологий и изменения их положения на рынке. Исследования показали, что в результате перераспределения пакетов акций происходит смена модели акционирования (растет доля предприятий, где основным собственником являются внешние инвесторы) и одновременно сокращается доля работников, как владельцев акций, и доля предприятий, где они являются доминирующими собственниками .

Одновременно сократилась до минимума доля государства в акционерном капитале приватизированных предприятий, что может служить свидетельством завершения формального разгосударствления. Оно пока еще не является реальным потому, что, хотя государство уже не претендует на функции основного хозяйствующего субъекта, но его функционеры (чиновники) используют ресурсы государства и его хозяйственные функции в своих интересах. Это - с одной стороны. С другой, - прочие экономические агенты не спешат этими функциями воспользоваться.

В составе хозяйствующих субъектов капиталистического сектора наметилась социально-профессиональная группа корпоративных управляющих, которая, являясь доминирующим собственником, показывает лучшие, по сравнению с другими, результаты деятельности своих предприятий. У этих собствен-ников лучше показатели текущего использования ресурсов и инвестиционной активности. С точки зрения общемировых тенденций в развитии экономических систем усиление хозяйственной власти этой группы может рассматриваться как свидетельство восстановления фрагментов постиндустриального сектора в российской экономике. Но, если учесть ее переходный характер, то приходится отмечать и отрицательные последствия того, что именно группа менеджеров - владельцев акций претендует на роль эффективного собственника. Монополизация ими управленческих функций чревата бюрократизацией ("окапывание на занимаемых должностях"). Оппортунистическое поведение, как одна из поведенческих предпосылок неоинституционализма , а, в нашей концепции, как признак институализации индивида и его производственных отношений в эпоху классического и позднего капитализма, свидетельствует о наличии в трансформационной экономике элементов либо самих экономических форм развитого капитализма (акционерного капитала, отделения капитала-собствености от капитала-функции и др.), либо "превратных форм" этих этих капиталистических отношений в виде "чиновничье-индивидуально-частно-акционерной" формы собственности и хозяйствования. В любом случае мы имеем, при нераз-витом овещнении и деперсонификации индивидов, их институализацию.

Хотя получение прибыли (право на остаточный доход) и снимает проблему оппортунистического поведения менеджеров, но фактическое отсутствие в наших условиях биржевого контроля (из-за неразвитости фиктивного капитала и соответствующих рынков) за поведением высших управляющих воспроизводит его предпосылки. К тому же, менеджеры не обладают финансовыми ресурсами, необходимыми для глубокой реструктуризации предприятий и внедрения новых технологий и соответствующего оборудования .

Если часть специалистов (вернее, специалистов- собственников) готовы хозяйствовать по-капиталистически - обеспечивать самовозрастание капитала в промышленности, в частности, то другая часть субъектов, представляющих капиталистический сектор, показывают несоответствие содержания и целей экономического поведения своему положению и функциям в экономике .

Отношения представителей крупного и среднего предпринимательства с государством, могут служить показателем противоречивости интересов и приоритетов этой группы экономических субъектов. С одной стороны, они хотели бы дальше "дистанцироваться" от государства и выступают против его вмеша-тельства в бизнес, болезненно реагируя на изменения "правил игры" со стороны правительства и законодательной власти. При этом успешно отстаивают свои интересы вплоть до отклонения от налогов и увода капитала из реального сектора. С другой стороны, эта группа не желает порывать свои связи с государственным аппаратом. Более того, она показывает сращенность с государственными чиновниками не только в традиционных для индустриальных экономических систем формах "личной унии" и "системы участия", но и в форме одновременного выполнения двух функций: предпринимателя и государственного чиновника или "государственного деятеля".

В свою очередь, государство, несмотря на рост численности сотрудников государственного аппарата, не выполняет в должной мере функций не только хозяйствующего субъекта, но и субъекта макрорегулирования. Остаются не определенными сферы действия государственных, корпоративных и рыночных регуляторов экономики.

Что касается сектора "простого" товарного производства, то его представители, по логике догоняюще-восстанавливающего развития, должны играть более значимую роль в трансформационных процессах, чем это есть на самом деле. Если самостоятельная хозяйственная деятельность, обмен, кредитные и другие отношения, осуществляемые на принципах рациональности, не станут массовыми, повседневными, то есть не будут проходить через деятельность большинства населения и не станут его привычкой, то не будет и основы, как для капиталистической экономики, так и для ее институтов. В то же время реализация значимости субъектов простого товарного производства вряд ли воз-можна. Причиной тому, - не только особые наши мировоззренческие установ- ки1, но и характер наших производительных сил, и общемировые тенденции постиндустриального развития. Здесь мы, как участники, носители и созидатели трансформационных процессов сталкиваемся с целым рядом противоречий: между "ранним и "поздним" капитализмом; добуржуазными, капиталистическими и посткапиталистическими отношениями; до-стоимостными (не-товарными), стоимостными и планомерными (пост-товарными), и специфическими "пост-советскими" хозяйственными формами. Причем для каждой такой хозяйственно-экономической формы не обязательно существует свой сектор экономики. Характерной чертой трансформационной экономической системы является то, что в каждом из секторов, воплощающих те или иные хозяйственные формы, обнаруживаются и вполне с ними уживающиеся формы-антиподы. Причем, это наблюдается не на периферии этих секторов, как в устойчивых социально-экономических системах, а в их центрах. Их носителями могут быть одни и те же субъекты.

В любом случае, идет ли речь о социальных группах, институтах или индивидах, олицетворяющих хозяйственную деятельность в секторе "простого" товарного производства или крупное капиталистическое хозяйствование, им необходимы механизмы самоподдерживающего развития и роста. Эти механизмы должны сделать движение экономики и соответствующих форм хозяйствования, в направлении выбранных ориентиров, циклическим. Это движение должно происходить по принципу становления системы в целостность: предпосылки регулярно должны превращаться в свои собственные результаты. Для субъектов мелкого предпринимательства таким постоянно воспроизводящимся результатом должно стать массовое производство товаров и услуг, посредническая деятельность множеством отдельных, самостоятельных предпринимателей, а также производство самих рыночных отношений, включая конкуренцию . Для социальных "сил" капиталистической формы хозяйствования постоянно воспроизводящимся результатом должно быть накопление капитала, формирование класса капиталистов, который бы обеспечивал консолидацию их интересов и соперничество.

Например, неразвитость утилитаризма как хозяйственного принципа.

Как отмечает Ф. Хайек, "конкуренция ... представляет собой процесс, который может достичь определенных результатов лишь при условии вовлечения в него достаточно большого числа действующих лиц". См.: Хайек Ф. Безработица и денежная политика. ... //Экономические науки. 1991. - № 12. - С. 42.

Если учесть, что мы в очередной раз пытаемся построить капитализм и опять начали с первоначального накопления капитала, то более подробно исследовать социально-экономическую систему общества и тех субъектов, которые эту систему будут строить (или достраивать) можно в порядке той последовательности, которую мы наблюдаем вот уже более десяти лет. Эту последовательность следует выражать через формы капитала, которые реализуются у нас, в силу ряда причин, в искаженной форме: купеческо-торгового, ростовщи-ческого (а не ссудного) капитала, который сразу обнаружился в невозможных для него формах банковской и фиктивной; застопорившегося в своем формировании промышленного капитала, который сразу принял вид корпоративно- монополистического, государственно-монополистического и номенклатурно- корпоративного капитала.

Положение всех субъектов в формирующейся экономической системе противоречиво вдвойне: каждый из них может персонифицировать разные виды и уровни хозяйственной деятельности одновременно, а также олицетворять формы хозяйственной деятельности, присущие разным ступеням человеческой истории. Выявление и анализ этих противоречий - необходимое условие даль-нейшего исследования формирующейся экономической системы в России.

<< | >>
Источник: Булганина С.Н.. Природа и структура экономических субъектов. 2003

Еще по теме 6.1 Характер и структура субъектов трансформационной экономики: первоначальное определение:

  1. 1.1. Предпринимательство как экономическая категория
  2. 3.3 ПРОГРАММНО-ЦЕЛЕВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ РЕГИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ
  3. 3.1. Определение оптимальной величины денежной массы в Республике Беларусь
  4. "Институт предприятия"
  5. 5.1 Становление экономических субъектов в истории и логике российского капитализма
  6. 5.2 Субъект в социально-экономическом пространстве "реального социализма"
  7. 6.1 Характер и структура субъектов трансформационной экономики: первоначальное определение
  8. 1.1. Эволюция децентрализованных финансов и формирование базовых концепций финансового менеджмента
  9. 3.1. Экономические законы функционирования финансовых ресурсов
  10. Проблемные ситуации и вопросы
  11. Трансакционные издержки
  12. ~П~
  13. ~Р~
  14. ГЛОССАРИЙ
  15. 1.2. Управление финансовой устойчивостью коммерческого банка
  16. 1.2. Управление финансовой устойчивостью коммерческого банка
  17. 8.4. Некоторые основные формы экономического поведения