<<
>>

АНАЛИЗ ПРЕАМБУЛЫ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Но начнем, собственно, разбор самого текста Конституции, который автор настоящего исследования выделил из книги издательства ОМЕГА — Л (Москва, 2004 год). Во-первых, приведем сначала целиком текст ее преамбулы:

«Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле, утверждая права и свободы человека, гражданский мир и согласие, сохраняя исторически сложившееся государственное единство, исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов, чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость, возрождая суверенную государственность России и утверждая незыблемость ее демократической основы, стремясь обеспечить благополучие и процветание России, исходя из ответственности за свою Родину перед нынешним и будущими поколениями, сознавая себя частью мирового сообщества, принимаем

КОНСТИТУЦИЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.».

Рассматривая выше процитированный текст, как говорится, по- элементно, вполне можно заметить, что некие «мы» почему- то именуют себя «многонациональным народом Российской Федерации».

Тогда как сам народ навряд ли будет говорить от своего имени как от чего-то целого соответственно «мы», так как такое само обозначение уместно будет лишь по отношению к чему-то внешнему, скажем, к народу другого государства, но никак не по отношению к самому себе. Подобное своей напыщенностью как раз и производит впечатление чего-то подложного. По мнению автора, правильно следовало бы написать иначе, например, так: настоящим системообразующим нормативным актом, именуемым в дальнейшем КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА, народ России посредством процедуры всеобщего тайного голосования и абсолютным большинством голосов...выражает... Посему, следуя логике, вполне можно заключить, что упомянутые «мы» есть своего рода самозванцы, всего лишь выдающие себя за народ России.
Впрочем, кто-то возразит, что сия преамбула была проголосована российским избирателем 12 декабря 1993 года, а значит, все в порядке, господин критик! Но, во-первых, поддержали сию тираду лишь 13 % от числа всех избирателей России, во-вторых, данное обращение явно призвано как раз сокрыть собою первое или призвано скрыть тот факт, что от имени народа в данном случае выступает неизвестная группа лиц, выдающая свой частный интерес за интерес всенародный. Следующая фраза «соединенные общей судьбой на своей земле» не менее первой заслуживает своего внимания, так как разговор об «общей судьбе» вызывает вполне очевидный вопрос: станет ли кто-нибудь, как говорится, в здравом уме и твердой памяти говорить об общей судьбе со своими близкими и родными людьми, например, со своей матерью или нет? Да, вполне можно говорить об общей участи, например, пассажирам и экипажу «Титаника», да и то — только в общем плане, ведь из них в результате катастрофы погибли далеко не все. Другими словами, говорить в первую голову о соотечественниках как о людях с общей судьбой вполне возможно, но возможно лишь в случае их восприятия как своего рода попутчиков себе, но ни как иначе. Впрочем, кто-то вероятно заметит, что автор чересчур «забирает» или чересчур строг. Что ж, может быть оно и так, но в свою очередь обратим свой взор на окончание последней фразы «соединенные. на своей земле». А, каково? Неужели можно оказаться соединенным с кем-либо на собственной же земле или, скажем, в собственном же доме? Ведь если земля (дом) принадлежит какому-либо, например, племени (семье), то его родственники могут считаться соединенными этой землей (домом)? Или по другому, а пребывание племени или семьи на чужбине или в чужом доме также будет считаться средством их соединения? Бред, да и только. Да, без земли и дома или его подобия никто не обходится, но это еще не будет означать соединение кого-либо или совместное проживание в одной коммунальной квартире никак не образует одну семью. Вероятно грамотно следовало бы написать так: ..
.на основе отечественных традиций и выраженного подавляющей частью народа стремления к жизни в ладу с Богом и людьми. Но кто-то, вероятно, тут же заметит автору, что Конституция России должна быть сугубо светской, а значит, упоминание в ней Бога вряд ли уместным будет. На это автор в свою очередь заметит, что так называемая «светскость», во-первых, по умолчанию отрицает бытие Бога и провозглашает тем самым его полное замещение человеком, во-вторых, фактически провозглашает справедливым или истинным лишь первое утверждение. Будет ли сие справедливым по отношению к тем, кто верит в бытие Бога и живет в соответствии с этим? Другое дело, если говорить о конкретной конфессиональной принадлежности государства. В таком случае в России действительно возникает кон-фликтная ситуация, которую легко можно снять, например, поло-жением, что какое-либо конфессиональное первенство Российским государством не признается. Другими словами, церковное первенство целиком и полностью находится в руках самих церквей и ни в чьих более. Иначе говоря, церкви сами доказывают своим потенциальным прихожанам свою истинность и сами делают либо не делают их своими членами. И еще. В государстве вне бытия Бога какого-либо устойчивого доверия закону или провозглашаемым правилам поведения никогда не будет, так как сами названные законы будут естественно восприниматься лишь как временный человеческий произвол. Поэтому вне бытия Бога Конституция России вряд ли выигрывает. Впрочем, идем далее. Рассмотрим словосочетание «утверждая права и свободы человека». В нем обращают на себя внимание прежде всего первые два слова «утверждая права», а точнее их совокупный смысл. Последний из взятого выше в кавычки вообще-то даже как-то и извлечь то будет затруднительно, ведь устанавливать, настаивать, признавать или свидетельствовать о правах весьма сложно. Другое дело, если говорить, например, так: .. .вполне выражает свои права... Теперь о «свободах человека». Да, без свободы человеку действительно тяжко. Впрочем, речь на самом деле идет о другом, речь идет о преодолении насильственного подчинения воли одного человека воле другого человека.
А это уже не получение свободы как таковой, а лишь снятие навязанного ранее силой или обманом внешнего господства. Но тогда так и следовало бы и говорить, что «в том числе и право запрещения насильственного подчинения воли любого человека иной человеческой воле, включая обман». Другими словами, «утверждая права и свободы человека», авторы преамбулы Конституции всего лишь ловко обманывают названного человека, так как, образно говоря, «прячут» от него действительно для него же насущное за покровом привлекательной, но по сути не содержащей смысла фразы. Теперь рассмотрим слова «гражданский мир и согласие». Последние выглядят с первого взгляда весьма привлекательно, а со второго? Со второго мы имеем, с одной стороны, приоритетное выделение «гражданского мира», с другой — некое «согласие». Да, сам по себе «мир» весьма привлекателен, тогда как «гражданский мир» уже чем-то «напрягает». Интересно только: чем именно? А вот чем: оказывается исходное и уже устаревшее значение слова «гражданский» — внецерковный. Но тогда «гражданский мир» — это мир без Бога что ли? Но тогда это мир весьма уязвимый даже по меркам все еще господствующего безбожного мировоззрения, ведь примирить неверующих в Бога и верующих в Него весьма трудно, если не сказать — невозможно. Впрочем, монополия церкви на веру в Бога скорее всего преходяща, а значит, она возможна для современного человека и вне сего института. Далее о «согласии». Любопытно: а с чем именно «мы» предлагают нам согласиться то? Неужели с миром без Бога? Поэтому и получается, что словосочетание «гражданский мир и согласие» весьма уязвимо. Вероятно следовало бы написать нечто иное, например, такое: .и утверждает своим жизненным приоритетом миролюбие и безоговорочное согласие со всеми без исключения его проявлениями. Следом за разобранным выше идет такое: «сохраняя исторически сложившееся государственное единство». Что в последнем беспокоит прежде всего? А то, что в данном случае речь идет о сохранении в неизменном состоянии некоего исторически достигнутого состояния («государственного единства»), что само по себе не может не удручать, ведь исторический процесс на то и процесс, что его никак не остановишь, а значит, поставленная или сформулированная задача, как говорится, не имеет решения! И потом, а почему речь идет о «государственном», а не, скажем, о «народном» единстве, ведь «чревовещает» все-таки народ, а не государство, которое опять таки бывает как приемлемое для народа, так и не очень? Вероятно было бы уместнее написать, например, так: .развивая при этом исторически сложившееся единство как единство прежде всего мировоззренческое и формируемое на принципах обязательного поиска и утверждения в социальных отношениях правды и справедливости.
Кстати, финальная часть последнего по тексту тезиса (после первого союза «и») вполне сможет заменить собою суждение из рассматриваемой преамбулы: «исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов». Почему последнее достойно замены? Да потому, что равноправия и самоопределения на самом деле и нет вовсе, так как, например, равноправие на самом деле возможно лишь при очевидном наличии одинаковых возможностей, как, собственно, и самоопределение полностью и исчерпывающе зависит от них же. Другими словами, если нет возможности для реализации конкретного права, в том числе и на самоопределение, то не будет ни первого, ни второго. И потом, а зачем вообще нужно будет равноправие и самоопределение, если в отношениях народов России будет правда и справедливость. Теперь рассмотрим такое: «чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость». В последнем находим, во-первых, странное: почитание памяти предков, во-вторых, не менее странное: передачу любви и уважения к Отечеству, веры в добро и справедливость. И действительно, разве, например, возможно почитание не своей памяти? Да, вполне можно и нужно помнить собственных предков, пользуясь плодами их труда, но также следует помнить об их ошибках и заблуждениях как в назидание себе, так и будущим поколениям. А передача любви и остального, конечно же, есть пустая, а значит, вредная фантазия и только. Тогда как, например, подлинная любовь и уважение к Отечеству без собственной работы над собою же и не возникнет вовсе, а значит, на самом деле следует вести речь о квалифицированном и систематическом историческом самообразовании россиян, основанном исключительно на достоверных данных и воспринимаемом в контексте мировоззрения «одного стандарта», всегда предполагающего и применяющего ко всем и ко всему лишь одну мерку. Другими словами, знание истории должно быть таким, что при добавлении в него в качестве (и не только) иллюстраций новых достоверных исторических фактов общая картина исторических событий не утрачивала своей целостности и не рассыпалась бы на несвязанные фрагменты, а дополнялась и уточнялась, как формируется мозаичное полотно при добавлении в него недостающих элементов.
Ну а, говорить о вере в добро и справедливость всерьез и вовсе не следует, так как в добро на самом деле не верят, его попросту творят, как и в справедливость также не верят, ее лишь утверждают собственным поведением, основанном на поиске и стяжании правды, ниспосылаемой человеку Свыше по его же выраженному желанию. Переходим к обдумыванию и оценке следующего тезиса преамбулы российской Конституции, который выглядит так: «возрождая суверенную государственность России и утверждая незыблемость ее демократической основы». Что беспокоит в нем? А беспокоит, во-первых, указание на якобы ранее утраченную суверенность государственности России, страны, отстоявшей свою независимость в годы Второй мировой войны. Как говорится, что-то не складывается или кто-то попросту лукавит. Конечно, можно говорить о коммунистическом иге, опутавшем государственность России, но тогда говорить сие следует вполне ясно. Впрочем, об этом не говорится вероятно потому, что Россия в прошлом, как ни крути, сама избрала для себя же названное иго. Другими словами, никакие интервенты не насаждали его, а значит, и никакой потери суверенитета и не было вовсе. Заключая сформулированное выше, вполне можно заметить, что авторы сего тезиса пытаются присваивать себе чужие заслуги или занимаются с сущностной точки зрения банальной кражей. Далее касательно «и утверждая незыблемость ее демократической основы» вероятно следует заметить, что «утверждать незыблемое» можно, но вряд ли сие будет разумно, а значит, кто-то кому- то попросту, как говорится, морочит голову. Ну и, конечно же, стоит еще оценить так называемую демократическую основу России. Последняя в разбираемом контексте вероятно иначе представима как утверждение основы наследуемого верховенства преобладающего нрава граждан России. Что сие будет означать веро-ятно не смогут пояснить и сами авторы выделенного выше заявления. Да, говоря об «основе» демократии надо сначала ясно и твердо уяснить значение самого слова «демократия», причем, уяснить не в смысле частных проявления этого слова, а в смысле его собственного значения или значения сущностного. Теперь воззрим на такое: «стремясь обеспечить благополучие и процветание России». В выделенном выше словосочетании удивляет, во- первых, слово «стремясь», во-вторых, «обеспечить». Если первое являет собой лишь некое благое намерение, которое вполне возможно и выполнено то не будет, то уже второе — должно либо предоставить России достаточные материальные средства к жизни, либо гарантировать ей что-либо или сделать это верным (несомненным). Как мы видим, авторская группа, как говорится, «постаралась на славу». Другими словами, демагогия как явная игра «на понижение» или как ставка на недоразвитие своего адресата и есть ее «фирменный» стиль. Впрочем, рассмотрим еще такое обязательство авторов Конституции: «исходя из ответственности за свою Родину перед нынешним и будущими поколениями, сознавая себя частью мирового сообщества». Оказывается, в своем собственном поведении вполне можно исходить из ответственности за...либо естественно не исходить из нее же. Но тогда сие обязательство по своей сути им как раз и не является, так как каждый желающий того при необходимости будет вправе посчи-тать себя, например, свободным от названной ответственности, так как специального обязательства в отношении последней он как раз кому бы то ни было и не давал вовсе. Далее, удивляет выделение лишь нынешнего и будущих поколений, тогда как прошлые почему-то оказались забытыми. Последнее вероятно связано с отказом от мировоззренческих ценностей наших предшественников. Но тогда в свою очередь не следует обольщаться и на счет позиции будущих поколений, которые вправе будут поступить с нашими аналогично. И, завершая разбор преамбулы, отметим еще тот факт, что авторская группа «сознает себя частью мирового сообщества» или она, вероятно, имеет перед ним и, вероятно, вполне конкретные обязательства, вопрос только — какие? Но об этом текст преамбулы, вероятно, из деликатности самого вопроса и вовсе умалчивает.

В заключении аналитического разбора преамбулы настоящей Конституции следует отметить, что она имеет характер яркого и эмоционально сориентированного документа, вероятно, призванного к обольщению собою легковерного массового читателя, к тому же и неспособного к вдумчивой самостоятельной работе со сложной речевой информацией. Кроме того, с сущностной точки зрения сей документ весьма уязвим, так как необходимых в подобном случае первостепенных и жизненно важных обязательств в себе самом практически не содержит, что вполне ставит его под сомнение как нечто целое и скорее всего он может быть охарактеризован как документ неквалифицированный, а значит, и как очевидно безответственный. Впрочем, это только самое предварительное наблюдение, которое в дальнейшем может быть и пересмотрено. 1.

<< | >>
Источник: Миронов А. Н.. Конституция Российской Федерации 1993 года: смыслологический анализ. — СПб.: Роза мира, — 236 с. 2005

Еще по теме АНАЛИЗ ПРЕАМБУЛЫ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ:

  1. Глава восьмая. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
  2. АНАЛИЗ ПРЕАМБУЛЫ КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  3. § 2. Использование правовых целей в российском законодательстве
  4. 3. СОВРЕМЕННЫЕ ПРИОРИТЕТЫ РОССИЙСКОЙ ПРАВОВОЙ ПОЛИТИКИ
  5. 2. Принципы, определяющие порядок построения, функционирования и развития банковской системы Российской Федерации
  6. § 4. Системный банковский кризис 1998 года в Российской Федерации: истоки (1991—1998 гг.) и причины
  7. ЛЕКЦИЯ 1 Валютное регулирование как структурный элемент правового механизма финансовой системы Российской Федерации
  8. 2. Советы и комиссии при Президенте Российской Федерации
  9. § 5. Конституция Российской Федерации 1993 г.
  10. § 6. Действие Конституции и проблемы реализации конституционных норм
  11. Тема 3. Конституция Российской Федерации
  12. 5.4. Конституция и международное право
  13. 5.6. Реализация норм международного права судами общей юрисдикции и арбитражными судами Российской Федерации
  14. глава 8. ОСНОВЫ ПРАВОВОГО СТАТУСА ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  15. 3.1. Конституция Российской Федерации — базовый закон государства
  16. 3. Вопросы статуса субъектов Российской Федерации
  17. § 1. Общая характеристика нормативной базы курса «Правоохранительные органы Российской Федерации»
- Кодексы Российской Федерации - Юридические энциклопедии - Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административное право (рефераты) - Арбитражный процесс - Банковское право - Бюджетное право - Валютное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Диссертации - Договорное право - Жилищное право - Жилищные вопросы - Земельное право - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Коммерческое право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право Российской Федерации - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Международное право - Международное частное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Основы права - Политология - Право - Право интеллектуальной собственности - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Разное - Римское право - Сам себе адвокат - Семейное право - Следствие - Страховое право - Судебная медицина - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Участникам дорожного движения - Финансовое право - Юридическая психология - Юридическая риторика - Юридическая этика -