<<
>>

1. Сущность и отличительные особенности политических технологий

Реальные политические процессы в любом

сложноорганизованном обществе и государстве

исключительно многообразны. С одной сторо­ны, на них можно смотреть как на проявление специфической общественной сферы, обладающей социальными границами, внутренними и внешними взаимозависимостями, набором акторов, отличи­тельными признаками и т.д.

С другой стороны, эти властные взаимосвязи мож­но представить как совокупность конкретных проблем, требующих решения со стороны государства и других политических субъектов, осуществления ими со­ответствующих целенаправленных действий, применения конкретных средств и ресурсов. Но тогда ситуация существенно меняется: все мак-росоциальные межгрупповые отношения в сфере власти преобразуются во взаимозависимость отдельных структур и институтов, в конкретные поступки и чувства действую­щих лиц, совершаемые в определенном месте и в реальное время. Таким обра­зом, межгрупповая конкуренция в сфере власти предстает в качестве практиче­ских способов и процедур управления, принятия решений, урегулирования конфликтов, установления коммуникаций и других процессов, выявляющих иной уровень политических зависимостей и связей. В этом смысле процессы осуществления власти и управления обществом будут ориентироваться на фак­торы, фиксирующие сложное переплетение самых разнородных - психологиче­ских, материальных и прочих - явлений, реально воздействующих на ход собы­тий.

Таким образом, решение конкретной проблемы означает не столько по­нимание человеком целей и средств их достижения, сколько выработку кон­кретных способов их воплощения на практике, т.е. применение определенных технологий решения задачи. В целом технологическое решение проблемы оз­начает не понимание того, ЧТО она из себя представляет, а КАК разрядить конкретную ситуацию. Именно поэтому с помощью технологий выявляется но­вый смысл и суть власти. Технологии по-новому ставят проблему измерения политических событий, закладывают основу для специализированной деятель­ности по урегулированию (контролю) политических явлений.

Образуя особый ракурс понимания политических процессов, технологии показывают, что от применяемых способов решения той или иной задачи может кардинально зави­сеть сущность этого явления. Например, массовая клевета, распространение де­зинформации, отказ в предоставлении телеэфира представителям определенных партий могут превратить процесс формирования органов власти из свободного выбора гражданами своих представителей в навязывание им интересов и воли кругов, контролирующих СМИ.

Итак, можно сказать, что политические технологии представляют со­бой совокупность последовательно применяемых процедур, приемов и спо­собов деятельности, направленных на наиболее оптимальную и эффектив­ную реализацию целей и задач конкретного субъекта в определенное время и в определенном месте. В целом как совокупность определенных знаний и умений, обеспечивающих решения субъектом конкретных задач в сфере власти, политические технологии именуются также и как политический маркетинг.

Как правило, потребность в формировании политических технологий проявляется там и тогда, где и когда имеются повторяющиеся, порой даже сте- ореотипизированные действия и при этом наличествуют вполне определенные требования к условиям и результатам данного типа деятельности. Конкретнее к причинам их появления можно отнести: ^ 5 необходимость более рационального, простого и эффективного спо­соба реализации практических целей, стоящих перед различными участниками процесса применения политической власти и управления государством; ^ снижение непредсказуемости взаимодействий в сфере власти, скачко­образности процессов перераспределения государственных ресурсов, разверты­вающихся в условиях непредсказуемого развития ситуации, чреватых неожи­данными взрывными формами протестной социальной активности и другими форс -мажорными обстоятельствами;

^ потребность в применении экономичных и ресурсосберегающих спо­собов управления государственным (корпоративным) имуществом, кадровыми и техническими структурами;

^ необходимость придания устойчивости взаимоотношениям участников того или иного процесса, ускоряющего обучение персонала передовым методи­кам действия и, в конечном счете, расширяющего возможности достижения це­лей большим числом субъектов в различных, но схожих условиях;

^ необходимость управления объектом человеческих притязаний-5 воз­можность более четкого определения критических, пороговых значений того или иного процесса, за рамками которого субъекты утрачивают возможность осуществления эффективных и результативных действий по управлению си­туацией.

Иными словами, основной пафос применения политических технологий заключается в оптимизации выполнения разнообразными субъектами своих за­дач и обязанностей. Технологии функционально направлены на достижение це­лей в соответствии с интересами, функциями и целями субъектов, которые мо­гут состоять в привлечении и экономии ресурсов, стабилизации или дестабили­зации положения в государстве, организации выборных кампаний, оперативном информационном обеспечении принятия решений, согласовании интересов при выработке государственных программ и т.д.

Политические технологии как совокупность приемов и процедур целена­правленной деятельности не только упорядочивают средства достижения цели, но и закрепляют очередность действий, выработку соответствующих алго­ритмов поведения субъекта. Именно алгоритмы вычленяют и закрепляют наиболее оптимальные и эффективные способы решения той или иной задачи, а также дают возможность передавать и тиражировать обретенный опыт.

По сути дела алгоритмы представляют собой определенный «сухой оста­ток» целевой активности субъекта, результат рационализации, упрощения и стандартизации применяемых им приемов и процедур. Практически технологии выкристаллизовываются из многообразного числа способов и механизмов взаимоотношений субъектов и объектов, взаимодействий контрагентов, внеш­них и внутренних факторов. Иначе говоря, технология устанавливается лишь тогда, когда в процессе достижения цели складывается (и определенным обра­зом закрепляется) известная последовательность операций, фиксирующая оче­редность применения определенных приемов и средств достижения конкретной цели.

Таким образом, технологии нельзя смешивать с отдельными механизма­ми, техниками или приемами взаимодействия. Технологии - это и процесс при­менения техник, направленных на достижение конкретной цели реально дейст­вующим субъектом, и результат этой Де' ятельности. А если еще точнее, то технология есть итог определенного взаимодействия этих приемов деятельно­сти, появляющийся тогда, когда неоднократные действия по достижению по­ставленной цели продемонстрировали более оптимальные и экономичные спо­собы решения вопроса.

Конечно, некоторые виды целенаправленной деятельности людей в силу своей сложности могут быть технологизированы не целиком и полностью, а лишь в отдельных точках процесса достижения цели. То есть в процессе дея­тельности субъект может использовать только локальные технологии, способ­ные лишь частично рационализировать и упорядочить те или иные участки взаимодействия. Например, в сфере принятия политических решений, где, как правило, решаются плохо структурируемые задачи и где поэтому велик удель­ный вес непредвиденных обстоятельств, политические технологии обычно представляют собой набор действий, обслуживающих в основном лишь от­дельные фазы разработки и реализации целей (например, согласование дейст­вий законодательных и исполнительных органов власти). В целом же они не способны рационализировать и оптимизировать данный процесс.

Следовательно, политические технологии могут действовать в режиме полного завершения цикла осуществления того или иного процесса, а могут быть связаны с оптимизацией только отдельных его фаз и этапов. Еще более сложные комплексы властно-управленческих взаимоотношений (например, от­ношения внутри неформальных, теневых группировок, интегрированных в процесс принятия государственных решений) в принципе не способны сформи­ровать технологические цепочки даже для своих отдельных фрагментов.

Технологии как определенные алгоритмы действий представляют собой форму политической инженерии, обусловленную как свойствами действующе­го человека (его знаниями, опытом, настроем на реализацию и т.д.), так и ис­пользуемыми в его деятельности материальными (духовными) ресурсами и техническими компонентами. По этой причине формирование и применение технологий, ритм (темп) их осуществления жестко связаны с квалификацией и компетентностью субъекта, его практическими знаниями и умениями исполь­зования определенных технических ресурсов. Как правило, низкая обеспечен­ность техническими или кадровыми ресурсами снижает эффективность приме­нения технологий. Поэтому не столько эффективность применения, сколько само существование политических технологий непосредственным образом за­висит от состояния действующего субъекта, от его умения использовать накоп­ленный опыт, реализовывать имеющиеся возможности в конкретной ситуации.

Ошибки и некомпетентность субъекта (тем более наделенного полномочиями и ответственностью), от которых не спасают никакие статусы и титулы, мо-ТУТ не только снизить функциональное значение технологий, но и полностью изме­нить направленность их действий. Так что использование политических техно­логий (прежде всего в наиважнейших для государства и общества сферах) предполагает отбор субъектов с точки зрения квалификации, наличия практи­ческого опыта, психологической устойчивости, способности действовать в не­стандартной обстановке и др.

Найденные алгоритмы действий могут выступать и в качестве средства инициации, источника побуждения внутренних механизмов регуляции как по­литической системы, так и ее отдельных элементов. Иными словами, став эле­ментом деятельности того или иного индивида (группы лиц), постоянно занято­го принятием решений, урегулированием конфликтов или выполнением иных определенных функций, технологии становятся одним из механизмов самона­стройки и самоорганизации этой области деятельности человека. В данном смысле технологии могут быть не просто перечнем оптимальных и эффектив­ных действий, но и выступать способом усиления контроля за процессом дос­тижения целей, формой управления этой деятельностью. И в любом случае высшим критерием эффективности применения технологий является реальное достижение намеченного результата.

В то же время оценка эффективности технологий представляет собой чрезвычайно рисковую деятельность, ибо она нацелена на получение достовер­ной информации о реальных механизмах власти и управления. Учитывая же, что в сфере политической власти перераспределяются очень важные и значи­тельные ресурсы, деятельность многих вовлеченных в этот процесс людей (структур, институтов) принципиально направлена на сокрытие необходимой информации о принятии соответствующих решений и применяемых технологи­ях. Поэтому цена такой информации может быть предельно высокой.

Однако важность оценки технологических процедур связана не только с опасностью контроля за реальными процессами властвования.

Ее важность обусловливается и тем, что в сфере политической власти, например, в области государственного управления, постоянно появляются различного рода попытки создания таких способов взаимодействия структур и институтов власти, кото­рые, обладая формальными признаками технологического усовершенствования процесса (скажем, согласования отраслевых интересов), на самом деле являют­ся средством достижения совсем других целей (в частности, прикрытия частно­го предпринимательства тех или иных чиновников). Так что политические тех­нологии нередко сознательно имитируются, скрывая за своими внешними фор­мами совершенно иные цели и интересы действующих субъектов.

Политические технологии распространяются на все поле политической власти и государственного управления. В силу этого они включаются как в конвенциональные (легальные) процессы применения политической власти и соответствующего распределения ресурсов государства, так и в неконвенцио­нальные, предполагающие использование приемов и процедур, прямо запре­щенных законом или противоречащих политическим традициям (технологии подрывных акций, терроризма или проведения режиссируемых выборов, мани­пулирования общественным мнением и т.п.).

Технологии ограничены по месту и времени их применения. У конкрет­ного сочетания техник, способов и приемов деятельности как определенной системы этой деятельности существует свое «внутреннее время» (И. Приго-

Т Т О О 1 ЪУ о

жий). Но при всей своей определенности, фик-сированности действий, привя­занных к пространственно-временным параметрам ситуации, технологии име­ют и механизмы преодоления такой зависимости. И прежде всего эта зависи­мость преодолевается за счет присутствия в них «гена самонастройки», адапти­руемости к ситуации.

Иными словами, в технологиях всегда есть место творчеству субъекта, импровизации, нестандартным действиям. Усиление такого импровизационно­го начала служит своеобразным сигналом для перехода к новым типам взаимо­действий с контрагентами, совершенствования структуры и выработки ориги­нальных приемов деятельности. В то же время технологии - враг произвола. Они по природе своей противостоят интуиции и прецеденту как ведущим спо­собам реализации человеческих целей. Технологии направлены на рационали­зацию и упрощение действий во имя достижения цели и именно поэтому склонны к известной формализации и институциализации, нормативному за­креплению.

В силу этого у технологий существуют некие верхние пределы, которые они не должны переступать, чтобы не превратиться в форму откровенного субъективизма. Но они не должны и застывать, чтобы не нарушить соответст­вие процесса целедостижения динамично развивающейся ситуации. Вращаясь между этими полюсами формализации и субъективации, технологии постоянно подвергаются опасности перерождения либо в набор догм, либо в сплошную импровизацию субъектов.

В зависимости от характера и масштаба действующего субъекта техноло­гии существенно отличаются по своим параметрам: ресурсам, оценкам их эф­фективности и т.д. Так, технологии, рассчитанные на оптимизацию деятельно­сти массовых политических субъектов, как правило, являются более прерыви­стыми, а потому и менее надежными. Поэтому, чтобы уверенно управлять по­ведением крупных социальных слоев, регулировать динамику общественных настроений и т.п., необходимо использовать более строгие и жесткие регулято­ры, нужны большие вложения, ресурсное обеспечение и т.д.

Структура политических В структуру политических технологий, как технологий правило, входят три наиболее значимых ком­

понента: специфические знания; конкретные приемы, процедуры и методики действий; а также различные технико- ресурсные компоненты.

Принципиальная роль знаний обусловлена тем, что политические техно­логии по сути своей есть воплощение особых форм отражения действительно­сти, которые направлены на нахождение средств и способов практического ре­шения проблем, возникающих в сфере власти и управления государством. В этом смысле технологический уровень познания действительности не только представляет собой форму научно-прикладного знания, но и одновременно вы­ражает оценку политических проблем с точки зрения заинтересованных в их решении субъектов.

Таким образом, технологическое знание является познавательно- проективной, идеально-преобразующей деятельностью, которая включает в се­бя приемы не только обыденного, но и научного познания действительности, как бы синтезируя их подходы для решения конкретной задачи. Это задает тех­нологическому знанию собственную логику отражения и объяснения явлений, которая не присуща ни научным формам отражения, ни обыденным подходам в отдельности.

В отличие от теории, которая напрямую не связана с практикой и опосре­дует свои отношения с ней некими идеальными конструкциями, не исключаю­щими разнообразных трактовок реальных явлений, технологическое знание не­посредственно и вполне однозначно воспринимает действительность, внутрен­не организуясь на основе отражения реальности, конкретных событий. Техно­логическое знание отличает то, что оно является не «идеально сконструирован­ной абстракцией, которая... привязана к конкретному трехмерному пространст­ву с определенной точкой отсчета»[57], а работает с конкретной проблемой, си­туацией, существующей в масштабе реального времени и обладающей такими топологическими (глубиной, шириной и другими метрическими характеристи­ками) и темпоральными (временными) параметрами событий, которые исклю­чают саму возможность умозрительного достраивания происходящих событий логически выводимыми свойствами.

Если научное знание идеализирует событие (ситуацию), то технологиче­ское знание конкретизирует логические объекты; если научное знание обраще­но к практике-универсуму, то технологическое отображение - к отдельному фрагменту действительности, отражаемому столь же конкретным субъектом. Поэтому с точки зрения технологического отношения к миру данный фрагмент практической реальности требует не логического осмысления, а практического ответа. Такой ответ должен формироваться в рамках принципиальной ограни­ченности конкретной ситуации и не предполагать теоретического расширения конкретного события до класса однотипных явлений. Вследствие этого все ис­тины технологического знания принципиально подвижны (релятивны), исклю­чительны и уникальны.

Технологическое знание рассматривает любое событие как некий фраг­мент действительности, обладающий собственной логикой движения, источни­ками развития, пределами роста и т.д. и предполагающий выдвижение некой требующей решения проблемы. Таким образом, содержание технологического знания формируется на основе позиций того, кто отражает событие (технолог, аналитик); того, кто задает конкретные цели решения связанной с данной си­туацией проблемы (заказчик), а также того, кто действует на стадии решения задачи (исполнитель). Следовательно, каждый из них способен изменить со­держание и форму технологической информации.

Такое утроение субъекта технологического знания свидетельствует о том, что вся его познавательная стратегия строится на сведении объективных условий к субъективно интерпретируемой ситуации как на стадии диагностики, так и на стадии актуализации знаний. Включение представлений этих субъек­тов в оценку ситуации показывает, что целевых ориентации в рамках техноло­гического знания об одной и той же проблеме может быть сколько угодно. По­этому конкретные проблемы технологически могут быть интерпретированы и «встроены» в самые разнообразные политические процессы.

При технологическом подходе на первый план выступает проблема выра­ботки такой системы координат, которая способна привести к пониманию со­става, структуры, формы, характера изменений тех или иных событий (ситуа­ций). Это предполагает включение в базу технологических данных не только выводов и оценок специального характера (оценок соотношения политических сил, их идеологических программ и т.д.), но и той информации, которая рас­крывает данную ситуацию с экономической, бытовой, экологической и др. то­чек зрения.

В зависимости от характера решения практических задач технологиче­ское знание может занимать самые различные позиции относительно тех теоре­тических выводов, которые сделаны академической наукой по поводу данного типа объектов. Если перефразировать О. Конта, то можно сказать, что техноло­гии - это такие представления, которые установку на «знание» опосредуют ус­тановкой на «действие». Поэтому в ряде случаев носитель технологического знания может, выполняя свою задачу, не обращать внимания на те или иные теоретические выводы. Таким образом, научно-теоретические результаты ис­следований могут быть абсолютно индифферентными к решению конкретной практической задачи. Причем выводы фундаментальной науки могут быть про­игнорированы даже тогда, когда они объективно необходимы для решения кон­кретной задачи. И такой выбор может быть продиктован не только целями или особенностями подхода аналитика, заказчика или исполнителя, но и их ресурс­ными возможностями, а также другими практически значимыми факторами.

Технологическая оценка ситуации формирует и собственные знаковые (семантические) структуры. Так, если язык науки всегда предполагает хотя и разноообразную, но все же строгую категориально-понятийную форму, то тех­нологическое знание основывается на значительно более свободном порядке образования семантических структур. В его аналитической лексике строгие по­нятия соседствуют с чувственными образами, определенные в смысловом зна­чении термины — с многозначными. Здесь присутствуют не только языковые формы, отображающие сложные смысловые оттенки, но и неспециализирован­ные структуры общения (просторечия, бытовая лексика, аббревиатуры живого языка, слоганы, фольклор и т.д.). Так что технологическое знание базируется на более подвижном языке, знаковых структурах, подчеркивающих субъектив­ность, индивидуальность исследователя и ориентированных на инструменталь­ные цели, эмпирическую коммуникацию и расширение информации о событи­ях.

Технологическое знание в конеч- Процедурные и технические г ~

ном счете представляют собой

компоненты политических технологий

субъективную основу политиче­ской инженерии, которая занима­ется политическим проектированием (прогнозированием, планированием и программированием) и организацией практической деятельности институтов власти. Поэтому основной ценностью для технологий является даже не самое знание о том, как можно нечто сделать, совершить, а конкретное умение, навы­ки свершения действий и достижения целей.

Содержание таких конкретных навыков и умений, которые выражаются в применении определенных приемов, процедур, техник и методик действий, не­посредственно задается конкретными целями или, в конечном счете, особенно­стями той или иной предметной сферы политики. Например, в сфере принятия решений это могут быть приемы согласования и соизмерения интересов сторон при выработке тех или иных целей государственной политики; в рамках разре­шения международных конфликтов - способы поиска компромиссов между конфликтующими сторонами или воздействия на них со стороны примиряю­щих (арбитражных) структур; в информационной сфере политической власти - приемы дезинформирования общественности или, напротив, борьбы против клеветнических измышлений соперников и т.д.

Использование тех или иных приемов и процедур непосредственно зави­сит и от состояния действующих субъектов, и от конкретных условий, в кото­рых решается задача. Так, не знакомый с современными методами организации и ведения избирательных кампаний технолог не может применить приемы и техники, способные обеспечить победу на выборах его заказчику. В условиях же жесткого контроля государства за проведением выборов, как правило, не удается использовать многие «черные» и незаконные технологии борьбы с кон­курентами и т.д.

Конкретные приемы и способы деятельности непосредственно зависят и от наличия тех или иных кадровых структур, технического оснащения дейст­вующих лиц, наличия тех или иных (финансовых и проч.) ресурсов, влияющих на содержание политических технологий. Например, применение технологий информационного обеспечения государственной политики (особенно если дело касается целей, имеющих стратегическое или существенное коммерческое зна­чение) невозможно без технических структур, призванных защищать государ­ственную тайну; стесненный в материальных средствах избирательный штаб того или иного кандидата, как правило, вынужден отказываться, к примеру, от организации его выступлений на телевидении или применения других эффек­тивных, но дорогостоящих технологий соперничества, которые необходимы для достижения победы на выборах; использование управленческих технологий в условиях кризисов невозможно без структур, дублирующих принятие реше­ний, без дополнительных ресурсов, кадрового резерва и т.д. Таким образом, на­личие данных компонентов политических технологий накладывает самые су­щественные ограничения на способы решения задач, применение тех или иных приемов деятельности или, напротив, может существенно увеличить эффектив­ность последних.

<< | >>
Источник: Соловьев А.И.. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов/А. И. Соловьев -М.: Аспект Пресс, - 559 с.. 2003

Еще по теме 1. Сущность и отличительные особенности политических технологий:

  1. Глава 2. Международное разделение труда и мирохозяйственные связи
  2. Глава 34. Сущность и значение перестрахования
  3. Массовая культура как феномен современности Сущность и происхождение массовой культуры
  4. 1.3. Информация и общество. Информационное общество
  5. § 3. Функции государства
  6. Приложение. Программа курса «Российское таможенное право»
  7. § 2. Критерии классификации и виды функций государства
  8. С
  9. 7.2. Формы международного кредита
  10. МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОДЕКС РЕКЛАМНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВОЙ ПАЛАТЫ (КОДЕКС МТП)
  11. 8.4. Некоторые основные формы экономического поведения
  12. 5.3.2. цели организации, оценка условий
  13. 15.5. Технологии социальной работы и менеджмента
  14. 6.1. Сущность и понятие инновационных проектов и программ
  15. 9.2. Производственные технологии как объект управления
  16. 3.3. Внешняя среда организации
  17. 8.4. ОРГАНИЗАЦИОННАЯ КУЛЬТУРА: ИЗМЕРЕНИЕ И УПРАВЛЕНИЕ
  18. Глава II. ПОЛИТИЧЕСКОЕ САМОСОЗНАНИЕ
- Кодексы Российской Федерации - Юридические энциклопедии - Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административное право (рефераты) - Арбитражный процесс - Банковское право - Бюджетное право - Валютное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Диссертации - Договорное право - Жилищное право - Жилищные вопросы - Земельное право - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Коммерческое право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право Российской Федерации - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Международное право - Международное частное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Основы права - Политология - Право - Право интеллектуальной собственности - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Разное - Римское право - Сам себе адвокат - Семейное право - Следствие - Страховое право - Судебная медицина - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Участникам дорожного движения - Финансовое право - Юридическая психология - Юридическая риторика - Юридическая этика -