<<
>>

Вопрос 12. Международные правоотношения и современный миропорядок

Международные правоотношения как система международных отношений, упорядоченных юридически, охватывает весь спектр регулятивного воздействия современного международного права. Международные правоотношения, призванные содействовать по­строению миропорядка на основе права и справедливости, ориен­тированы на разрешение любых межгосударственных споров, в том числе через Международный суд.

Предметно международные правоотношения достаточно глу­боко исследованы в российской науке международного права. Так, И.И. Лукашук[13] определяет международное правоотношение как взаимосвязь прав и обязанностей, вытекающих из междуна­родно-правовой нормы. При этом, если международно-правовая норма вполне обоснованно рассматривается в качестве первого элемента международно-правового регулирования, международ­ное правоотношение в логическом порядке обозначается второй главной составляющей международного правового регулирования. С точки зрения С.В. Черниченко[14], международное правоотноше­ние — это возникшая по результату юридического факта правовая связь между дееспособными субъектами с набором корреспон­дирующих друг другу конкретных правомочий и обязанностей. Значительный интерес представляет и определение указанных отношений, данное в монографии В.М. Шуршалова[15]. Обозначая международные правоотношения как урегулированные междуна­родным правом социальные отношения, ученый убедительно по­казывает необходимость распределения всего комплекса между­народных правоотношений на десять групп, в зависимости от природы происхождения и соподчиненности структурного и субъ­ектного состава, действия во времени, активности и пассивности.

Первую группу по признаку источниковой базы образуют меж­дународные правоотношения договорного и обычного способа соз­дания. Если в основе договорного международного правоотношения лежит конвенционный акт, то источником обычного международ­ного правоотношения является юридически значимое правомер­ное поведение государства.

Вторую группу по характеру предметного регулятивного насы­щения и количеству участников составляют простые и сложные международные правоотношения. Деление вполне логично и юри­дически обоснованно. В то время как простые международные правоотношения регламентируют права и обязанности двух субъ­ектов международного права, сложные международные правоот­ношения охватывают несколько субъектов или все мировое сооб­щество в целом. Практическим примером сложных международ­ных отношений являет договорная система ООН.

Третью группу международных правоотношений образуют ос­новные и производные правоотношения. Согласно предложенной В.М. Шуршаловым концептуальной схеме, основные международ­ные правоотношения составляют генеральные отношения (общие), тогда как производные международные правоотношения форми­руют конкретные соглашения, предусматривающие практическую реализацию генеральных (общих) соглашений.

Науке и практике современного международного права такое деление международных правоотношений на основные и произ­водные известно в аспекте применения принципа lex specialis, юридическим обоснованием которого является положение in toto jure genus per speciem derogatur (норма международного права осо­бенного характера превалирует над нормой общего характера). В статье 30 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. разрешается проблема разграничения международных пра­воотношений на основные и производные применительно к за­ключенным договорам, относящимся к одному и тому же вопросу.

Состав четвертой группы международных правоотношений оп­ределяется на основе признака однородности субъектного состава. Предметно однородными (по субъектному составу) международны­ми правоотношениями считаются правоотношения, в которых за­действованы либо только государства, либо только международ­ные организации.

Неоднородные международные правоотношения образуют пра­воотношения со смешанным субъектным составом. Речь идет об одновременном участии в конкретных международных правоотно­шениях государств и международных организаций.

Обособление международных правоотношений по признаку однородности субъектного состава в отдельную группу подтверж­дается теорией и практикой современного международного права. Так, в праве международных договоров присутствуют два осново­полагающих документа в этой области современного международ­ного права, которые отличаются друг от друга по субъектному составу. Соответственно, в одном случае документ регулирует правоотношения однородных субъектов международного права — государств. Поэтому здесь налицо однородные международные правоотношения и примером в данном случае служит Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г.

Документом, регламентирующим правоотношения со смешан­ным субъектным составом (государства и международные органи­зации), выступает Венская конвенция о праве международных до­говоров между государствами и международными организациями или между международными организациями 1986 г. Международ­ные правоотношения, образуемые на основе Венской конвенции 1986 г., в силу смешанного субъектного состава ее участников не являются однородными.

Различие между однородными и неоднородными международ­ными правоотношениями проводится с учетом таких понятий, как: суверенитет, суверенное равенство, суверенное волеизъявле­ние. Однородные международные правоотношения с участием, например, только государств (см. вышеназванную Венскую кон­венцию 1969 г.) урегулированы на основе волеизъявления суве­ренных субъектов международного права — государств. Неодно­родные международные правоотношения с участием государств и международных организаций (Венская конвенция 1986 г.) упоря­дочены посредством волеизъявительных действий смешанного характера: с одной стороны, здесь присутствует суверенная воля государства, а с другой — проявляется воля субъектов междуна­родного права, не обладающих суверенным правом. К примеру, международная организация, выражая свое согласие на участие в Венской конвенции 1986 г., несомненно проявила волю, но она не является суверенной, ибо создается сама общим волеизъявле­нием государств — членов международной организации, т.е.

на мировой арене она выступает как производный субъект междуна­родного права.

Пятую группу международных отношений формируют абсо­лютные и относительные правоотношения. К абсолютным между­народным правоотношениям относятся такие, в которых управо- моченному субъекту международного права противостоит неопре­деленное число обязанных субъектов международного права, призванных воздерживаться от определенных действий. Так, со­гласно Уставу ООН каждое государство обладает правом на не­вмешательство в дела, по существу, входящие во внутреннюю компетенцию данного государства (п. 7 ст. 2 Устава ООН). Обо­значенному праву корреспондирует обязанность всех государств не вмешиваться во внутренние дела государства.

В рамках относительных правоотношений управомоченному субъекту противостоит принявшее на себя обязательство государ­ство. Признавая научную значимость классификации междуна­родных правоотношений на абсолютные и относительные, следу­ет, однако, констатировать, что такое их деление во многом носит условный характер, поскольку те и другие правоотношения в це­лом ряде случаев взаимодополняют друг друга.

Шестую группу образуют международные правоотношения, обозначенные наукой в практике современного международного права как срочные и бессрочные. В срочных правоотношениях по­рядок вступления договора в силу, срок его действия и момент утраты им юридической силы устанавливаются конкретными нор­мами договора.

Бессрочные международные правоотношения возникают на базе бессрочных договоров и подразделяются на вечные и договоры с неопределенным сроком. Первый признак обозначает, что договор заключен на вечные времена. В отличие от таких договоров, дого­воры с неопределенным сроком устанавливают специальный по­рядок прекращения или изменения договорных обязательств без фиксации сроков их действия. Итак, в статье 109 Устава ООН определена процедура пересмотра этого документа, однако кон­кретные сроки ее совершения не установлены, что позволяет утверждать: он подпадает под общее определение договора с неоп­ределенным сроком.

В седьмую группу входят длящиеся и однократные международ­ные правоотношения. В основе такой градации лежит фактор вре­мени. Правоотношения с заранее установленным сроком действия рассматриваются как длящиеся. Вместе с тем практика междуна­родных правоотношений наряду с закреплением конкретного срока действия (от минимального до неопределенного) может предусматривать правоотношения на основе одностороннего юри­дического акта. В подобного рода однократных международных правоотношениях момент их установления и момент реализации сторонами своих субъективных прав и обязанностей совпадает. По реализации однократного международного правоотношения и достижении его обозначенной цели дальнейшее существование и действие данного правоотношения лишается всякого юридиче­ского смысла.

Восьмую группу международно-правовых отношений составля­ют гарантийные правоотношения. Концептуально международные правоотношения гарантийного характера призваны в юридическом порядке обеспечить выполняемость другого конкретного правоот­ношения. А поскольку это так, то, соответственно, в гарантийных международных правоотношениях созданные в их рамках субъек­тивные права и обязанности не существуют в самостоятельном и независимом режиме, а тесно связаны и целенаправленно ориен­тированы на выполнение прав и обязательств по конкретному, обусловленному данным договором правоотношению.

Примером института международных гарантий служит Дого­вор о нераспространении ядерного оружия 1968 г. (далее — Дого­вор 1968 г.). Во исполнение этого договора МАГАТЭ предоставля­ет гарантии и осуществляет международные по составу инспекции с целью не допустить переключения мирного использования ядер­ной энергии на создание ядерного оружия.

Гарантийное международное правоотношение, как всякое пра­воотношение, ориентировано на совершение определенных пози­тивных действий (поэтому имеет позитивный характер) и на воз­держание от совершения конкретных негативных актов (в связи с чем несет в себе негативный характер).

Гарантийные междуна­родные правоотношения позитивного содержания включают в се­бя обязательства ядерных держав по вышеназванному Договору 1968 г. оказать помощь неядерному государству, подвергнувшему­ся угрозе применения ядерного оружия.

Важным фактором установления гарантийных международ­ных правоотношений по системе Договора 1968 г. явилась резо­люция Совета Безопасности ООН № 255 (1968) от 19 июня 1968 г. Документ устанавливал, что в случае агрессии с применением ядерного оружия против неядерного государства Совет Безопас­ности ООН и, прежде всего, его постоянные члены будут дейст­вовать незамедлительно в соответствии с их обязательствами по Уставу ООН.

Гарантийное международное правоотношение негативного со­держания проявляет себя через обязательства ядерных держав воз­держиваться от применения ядерного оружия против неядерных государств. Соответствующие заявления о предоставлении гаран­тий пяти ядерных держав, постоянных членов Совета Безопасно­сти ООН, были представлены в выступлениях их представителей в Генеральной Ассамблее ООН 11 апреля 1982 г. (Франция) и 28 июня 1978 г. (Великобритания); в письмах, направленных на имя Генерального секретаря ООН (28 апреля 1982 г., КНР), Пер­вого комитета Генеральной Ассамблеи ООН (17 ноября 1978 г., США); в специальной декларации на Конференции по разоруже­нию (17 августа 1993 г., Россия).

Девятую группу международных правоотношений образуют ак­тивные и пассивные правоотношения. Критерием активного или пассивного международного правоотношения является юридиче­ски значимое правомерное поведение управомоченного субъекта права по обеспечению своих субъективных прав. При обстоя­тельствах, когда управомоченный субъект права предпринимает активные действия по реализации своих субъективных прав, мож­но говорить об активных международных правоотношениях. В си­туации, при которой управомоченный субъект права сохраняет пассивное поведение, а действия его субъективных прав осущест­вляет контрагент (а не он сам), следует речь вести о пассивном международном правоотношении. В примере с правовым режимом в рамках Договора по нераспространению ядерного оружия 1968 г. общая схема активных и пассивных международных правоотно­шений выглядит следующим образом. Управомоченные субъекты (ядерные державы), предпринимая (в порядке обеспечения своих прав как постоянных членов Совета Безопасности ООН) актив­ные действия по предоставлению помощи подвергнувшимся угро­зе агрессии с применением ядерного оружия неядерным государ­ствам, своим активным поведением порождают активные между­народные правоотношения. И, наоборот, там, где управомоченные субъекты (ядерные державы) сохраняют пассивное поведение пе­ред лицом активных действий неядерных государств (которые за­ключают с МАГАТЭ специальное соглашение, призванное не до­пустить переключения мирного использования ядерной энергии на создание ядерного оружия), логично констатировать факт пас­сивных международных правоотношений. В целом оценка актив­ности или пассивности поведения управомоченного субъекта в аспекте заключения об активном или пассивном характере кон­кретных международных правоотношений призвана осуществ­ляться в объективном режиме по факту конкретной международ­ной ситуации.

Десятую группу международных правоотношений согласно об­щей теоретической конструкции В.М. Шуршалова[16] образуют пра­воотношения обычного типа и правоотношения, устанавливающие норму права. Параметры различия здесь определяют деление меж­дународных договоров на договоры-сделки и договоры-законы. Ме­жду тем, и это надо подчеркнуть, наука и практика современного международного права не проводят формального различия между нормоустанавливающими договорами и договорами-сделками, по­скольку и те и другие определяются через понятие «договор», а сам правовой режим договоров регулируется на основе Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. Кроме того, следует справедливо отметить, что все договоры, и договоры-зако­ны и договоры-сделки, являются источниками международного права. А данное обстоятельство определяет их равнозначное меж­дународно-правовое значение.

Выдвинутая В.М. Шуршаловым и представленная выше теоре­тическая конструкция по разделению международных правоотно­шений государств на десять групп, несомненно, представляет на­учный интерес и несет практическую пользу. Вместе с тем необхо­димо признать определенную условность разделения тех или иных международных правоотношений по отдельным категориям и группам. Все типы международных правоотношений в своей совокупности регулируются в одинаковом правовом порядке. Об­разующие современные международные правоотношения дого­ворные акты упорядоченно функционируют в режиме обеспече­ния их добросовестного соблюдения через международные судеб­но-арбитражные институты. И здесь востребование поддержания верховенства права в мировом сообществе проявляет себя одно­значно.

Наука и практика международного права, устанавливая осно­вания недействительности, прекращения и приостановления дей­ствия договоров, фиксирует факт существования презумпции, во-первых, действительности договоров (и как следствие — сохра­нение юридической силы договоров) и, во-вторых, согласие на обязательность договора. Государство-участник в порядке под­тверждения своих доводов в пользу недействительности договора призвано предоставить на этот счет должные правовые основания и вправе оспаривать действительность договора в Международном суде. Однако существуют ситуации, когда договор не подлежит процедуре оспаривания, поскольку считается юридически ни­чтожным с самого начала (ab initio). Соответственно различают в одном случае относительную недействительность, а в другом случае абсолютную недействительность международных договоров.

Подлежащая оспариванию в суде относительная недействи­тельность международных договоров согласно вышеупомянутой Венской конвенции 1969 г. предусматривает следующие основа­ния:

1) отсутствие компетенции заключать договор в соответствии с внутригосударственным правом (ст. 46);

2) ограничение полномочий представителя государства на за­ключение договора (ст. 47);

3) ошибка (ст. 48);

4) обман (ст. 49);

5) подкуп представителя государства (ст. 50).

Недопустимость оспаривания в суде по причине признания

договора ничтожным с самого начала образует собой абсолютную недействительность. И здесь существуют такие основания абсолют­ной недействительности:

1) принуждение государства к заключению договора (ст. 51);

2) принуждение против представителя государства (ст. 52);

3) противоречие существующей или возникшей императивной норме международного права (ст. 53).

Статья 53 Венской конвенции о праве международных догово­ров 1969 г. гласит: «Договор является ничтожным, если в момент заключения он противоречит императивной норме международ­ного права. Поскольку это касается настоящей Конвенции, импе­ративная норма общего международного права является нормой, которая принимается и признается международным сообществом государств в целом как норма, отклонение от которой недопусти­мо и которая может быть изменена только последующей нормой общего международного права, носящей такой же характер».

В позиции юридической значимости абсолютная недействи­тельность международного договора концептуально выделяется в отдельный институт по причине сложности и многоаспектности регулятивного воздействия в рамках современных международных отношений. Первое. Презумпция действительности согласия госу­дарства на обязательность договора в рамках абсолютной недейст­вительности превращается в признание того, что согласие здесь «не имеет никакого юридического значения». Второе. Междуна­родно-правовые нормы, призванные регулировать делимость до­говорных постановлений, а предметно — выделение конкретных договорных положений, по отношению к которым непосредствен­но относятся основания недействительности или прекращения договора, не применимы при обстоятельствах принуждения пред­ставителя государства, противоречия императивнои норме jus cogens (ст. 51—53 ВенскоИ конвенции 1969 г.). Третье. Абсолютная недействительность делает договор ничтожным с самого начала его заключения (ab initio). Четвертое. Юридическая ничтожность договора в силу его абсолютной недействительности на практике означает, что все преимущества и выгоды, полученные из догово­ра, становятся незаконными. Нарушение права не создает права (ex injuria non oritur jus). Поскольку все приобретенные по догово­ру преимущества и выгоды теряют здесь свою законность, то совершивший правонарушение субъект призван восстановить в юридическом смысле то положение, которое существовало до за­ключения договора (status pre quo ante).

Включение института недействительности договоров в том всестороннем объеме, как это сделано в ВенскоИ конвенции 1969 г., в современное международное право призвано упорядо­чить международные правоотношения в параметрах законности и должного соблюдения постулатов права и справедливости.

<< | >>
Источник: Каламкарян Р. А. , Ю. И. Мигачев. Международное право в вопросах и ответах : учебное пособие / Р. А. Каламкарян, Ю. И. Мигачев. — Изд. 2-е, перераб. и доп. — М. : Эксмо, — 336 с. — (Учебный курс : кратко и доступно).. 2009

Еще по теме Вопрос 12. Международные правоотношения и современный миропорядок:

  1. Вопрос 12. Международные правоотношения и современный миропорядок
  2. ПЕРСОНАЛИИ
  3. § 5. Особенности структурного понятийного ряда правовой категории "правопорядок" в международном публичном и международном частном праве.
- Кодексы Российской Федерации - Юридические энциклопедии - Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административное право (рефераты) - Арбитражный процесс - Банковское право - Бюджетное право - Валютное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Диссертации - Договорное право - Жилищное право - Жилищные вопросы - Земельное право - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Коммерческое право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право Российской Федерации - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Международное право - Международное частное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Основы права - Политология - Право - Право интеллектуальной собственности - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Разное - Римское право - Сам себе адвокат - Семейное право - Следствие - Страховое право - Судебная медицина - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Участникам дорожного движения - Финансовое право - Юридическая психология - Юридическая риторика - Юридическая этика -