<<
>>

1.3. Российский опыт измерения параметров рынка труда

Трактовка занятости и безработицы, которая предлагается специалистами МОТ, не обладает универсальным значением. Прежде всего потому, что классификация занятости и безработицы, а также разработанные на ее основе методические процедуры сбора информации не обеспечивают фиксацию всех случаев занятости и безработицы.

Данную классификацию можно рассматривать в двух аспектах — методическом и теоретическом.

В первом случае к ней нет замечаний, так как на ее основе фиксируется громадный эмпирический материал по многим странам, что предполагает весьма ограниченный и стандартный набор запрашиваемых данных. Во втором случае

Таблица 1.1. Классификация занятого и безработного населения по методологии МОТ Экономически активное население (часть населения, обеспечивающая предложение рабочей силы для производства товаров и услуг) Экономически неактивное население (население,

которое не входит в состав рабочей силы) Занятые, в том числе: выполняют работу по найму за вознаграждение на условиях полного и неполного рабочего времени;

временно отсутствуют на работе (болезнь, отпуск, специальный график, обучение, забастовки и другие причины); самостоятельно обеспе-чивают себя работой Безработные, в том чис-ле:

не имеют работу, доходное занятие; занимаются поиском работы (обращались в службу занятости, использовали объявления, обращались к работодателю и т.п.);

готовы приступить к работе учащиеся и студенты, посе-щающие дневные учебные заведения;

лица, получающие пенсии по старости, на льготных условиях, по инвалидности; лица, занятые ведением домашнего хозяйства, уходом за детьми; отчаявшиеся найти работу и прекратившие ее поиск;

другие лица, у которых нет необходимости работать

Источник: Сабирьянова К. Микроэкономический анализ динамических изменений на российском рынке труда // Вопросы экономики. 1998. № 1. С. 43.

она вызывает определенные возражения, особенно при использовании ее в ходе изучения переходных рынков рабочей силы.

Вызывает возражение достаточно жесткая дихотомия разделения населения на экономически активное и неактивное. В реальности эти границы су-щественно размыты. Особенно, когда речь идет о категории учащихся и студентов, посещающих дневные учебные занятия, и категории лиц, получающих пенсии по старости. Значительная часть лиц, принадлежащих к этим категориям, включена в различные сектора вторичной занятости, во всяком случае, в условиях России. Кроме того, дифференциация безработных, представленная выше, формально может быть принята, однако при выборочных обследованиях не фиксируются лица, которые, будучи официальными безработными, фактически относятся к неофициально занятым. В-третьих, к занятым могут относиться лица, которые являются таковыми лишь формально, т.е. учитываются статистикой кадровых служб, но фактически являются безработными.

Если гипотетически предположить, что собирается информация обо всех случаях занятости и безработицы (за конкретный временной период), то, в связи с чрезвычайной динамичностью и мобильностью процессов «входа и выхода» рабочей силы из рынков труда и динамики рабочих мест (особенно в частном бизнесе), невозможно полностью отслеживать потоки движения трудовых ресурсов. Это связано с тем, что потоки «входа» и «выхода» с рынка труда представляют собой систему различных стохастических процессов движения рабочей силы, часть из которых весьма условно можно отнести, например, к безработным. Как показывают полученные по рынкам труда США данные, значительная доля тех, кто потерял работу, находится во временном увольнении и в конечном счете возвращается к своему прежнему работодателю, причем после относительно короткого периода незанятости .

Таким образом, динамичная компонента рынков труда, состоящая из нескольких, отличающихся друг от друга потоков, размывает границы «входа и выхода» текущего рынка труда и границы без-работицы. Это затрудняет и искажает получение достоверной информации о состоянии потоков рабочей силы на рынке. Особенно эти границы «размыты» среди наиболее экономически активного населения, которое весьма динамично реагирует на конъюнктуру спроса-предложения.

Отечественные специалисты проявляют повышенное внимание к анализу динамических и структурных характеристик отечественного рынка труда, которые, естественно, дополняют и расширяют данные и аналитический материал, получаемый официальной статистикой.

В этой связи можно выделить ряд специалистов, которые в своих работах продуктивно исследуют эту проблему, используя различные методы анализа и теоретические подходы: Е. Балацкий, С. Аукуционек и Р. Капелюшников, Ф. Прокопов, В. Гимпельсон, К. Сабирьянова и др. Рассмотрим теоретические предпосылки и аналитические процедуры, лежащие в основе некоторых исследований.

Одна из важнейших задач — выявление тех концептуальных ориентиров, которые служат базой теоретического и эмпирического анализа российской экономики. Существует точка зрения (с которой можно согласиться), что изучение специфических особенностей развития экономики России требует специальных методов анализа, которые не могут основываться на неоклассике (или теории равновесия). Это объясняется тем фактом, что данная теория не приложима к экономике России не только потому, что она рассматривает моментальные состояния, абстрагируясь от их изменений в реальном времени, но и потому, что исходит из уже утвердившихся рыночных отношений. Она не приспособлена для изучения меняющихся рамочных условий, тем более — для сравнительного анализа систем и системных изменений. Эти теории пригодны (и должны использоваться) как инструмент анализа взаимодействия отдельных элементов рыночной модели, но не могут ни выработать саму эту модель, ни объяснить ее становление.

Отечественные специалисты находятся в процессе поиска тех критериев и процедур анализа, которые позволяют более реалистично трактовать процессы трансформационного кризиса в рамках переходной экономики России как на макро-, так и на микро-экономическом уровне. Тем более, что переходный российский рынок труда не укладывается в рамки неоклассических представлений, которые доминируют в западных экономических концепциях.

Одним из доказательств этого является макроэкономическое исследование «аномальных режимов» функционирования отечественного рынка труда, которое провел Е. Балацкий1. Гибкость рынка труда он понимает как способность к структурной адаптации, т.е.

возможность преодолевать объемный (соотношение между спросом и предложением) и финансово-стоимостный (соотношение между равновесной и фактической оплатой труда) дисбаланс. Таким образом, степень гибкости рынка рабочей силы определяется его способностью корректировать эти объемные показатели в ответ на изменения финансово-стоимостного характера и формально выражается в следующей формуле:

/И^)«, (1)

где В — спрос на рабочую силу; ? — предложение рабочей силы; 1?е — равновесная средняя заработная плата; И^ — фактическая средняя заработная плата; а — коэффициент эластичности.

Эта схема, по мнению автора, является продуктивной как с теоретической, так и с расчетной точек зрения, поэтому она выбрана в качестве исходной методологии оценки рыночных эффектов.

Учитывая, что В = ? — V, где V — численность безработных, а также вводя показатель относительного уровня безработицы со = и/Б, уравнение (1) можно преобразовать:

(0=1-(1?е /Жу)0. (2)

Автор утверждает, что все переменные в уравнении (2), за исключением а, подлежат непосредственной количественной оценке, что позволяет проводить расчет степени гибкости рынка труда по формуле

а = . (3)

Таким образом, соотношение (3) является основным для поставленных автором целей и служит не только в качестве расчетной формулы, но и в качестве самого определения гибкости рынка рабочей силы. Используя предельно упрощенную схему расчетов по формуле (3), автор получил ряд промежуточных данных за период 1992—1995 гг., которые дают представление о том, что российский рынок труда существенно отличается по своим макроэкономическим параметрам от «классических» западных рынков . Это касается как соотношения величин предельной производительности труда и фактической заработной платы, так и величины показателя гибкости рынка труда (табл. 1.2).

Таблица 1.2. Расчетные показатели функционирования российского рынка труда Год Уровень занятости, % Отношение «предельная производительность труда — заработная плата» Показатель степени гибкости рынка труда 1992 95,3 26,6 -0,015 1993 94,7 19,2 -0,018 1994 92,6 14,8 -0,029 1995 91,3 10.0 -0,040

1.

На протяжении всех четырех лет предельная производительность труда была выше фактической заработной платы.

2. Степень рассогласования между величинами предельной производительности труда и фактической заработной платы в течение 1992—1995 гг. была очень велика. Данный факт комментируется следующим образом: зафиксированный стоимостный баланс на рынке труда во многом вызван «теневым» эффектом, так как официальная заработная плата перестала играть роль основного источника доходов.

Не менее интересные выводы делаются относительно показателей «гибкости» российского рынка труда. Макроэкономическая оценка его функциональных характеристик позволяет сделать следующие выводы: превышение предельной производительности труда над фактической заработной платой при колоссальном спаде производства и неадекватной этому спаду величине безработицы указывает на чрезвычайно медленную его реакцию на возникающие стоимостные диспропорции; показатели эластичности рынка труда постоянно уходили от единичной отметки, которая характеризует «идеальное» состояние рынка. По существу, российский рынок труда «сопротивлялся» действию механизма спроса-предложения, демонстрируя отрицательную реакцию на коррекцию объемных показателей в ответ на изменения финансово-стоимостного характера. При всей предположительности этих расчетов (а также при отсутствии расчетных данных по неформальному сектору, где эластичность рынка труда более приближается к равновесному идеалу), следует отметить позитивность этих данных, которые подтверждаются другими исследованиями.

«Аномальные» параметры российского рынка труда, полученные на макроэкономическом уровне, дополняются поиском их причин и следствий на уровне изучения межфирменных потоков рабочей силы . Это позволяет, используя имеющиеся рыночные критерии оценки динамики рынка труда, определять конфигурации и формы переходного рынка и выделять его качественные особенности и отличия от так называемых классических развитых рынков западного образца.

Структура развитого рынка труда, отраженная в современной экономической теории, а также применяемые критерии измерения ее параметров — лишь некоторый промежуточный период в познании этого сложнейшего феномена, реальные характеристики которого весьма далеки от того, что думают о нем западные теоретики, особенно неоклассического толка.

В этой связи отечественные исследования, использующие западные методики измерения, получая так называемые аномальные параметры рынка труда в условиях переходного периода, должны исходить не из количественных критериев оценки, а из качественных, поскольку «аномальные реакции» в большей степени детерминируются как институциональной формой переходных рынков, так и дисфункциональными параметрами переходной экономики. И это обстоятельство особенно типично в начальной стадии процесса трансформации. Естественно, что институциональные параметры рынка весьма трудно поддаются измерению и конкретизации. На это указывает факт развития институциональных концепций рыночной экономики на Западе, представители которой, как правило, не используют инструменты количественного анализа, ограничиваясь вербальными моделями.

Тем не менее исследования, проводимые в нашей стране по программе «РЭМ» или «РМЭЗ», хотя и «игнорируют» институциональные параметры российского переходного рынка труда, выявляют ряд устойчивых тенденций его «поведения», которые можно при необходимости объяснять институциональными факторами. Кроме того, подобного рода исследования весьма серьезно дополняют данные официальной статистики, а также позволяют проводить межстрановые сопоставления.

Методика «РЭБ» позволяет получить весьма широкий объем информации и оперировать большим объемом данных, в зависимости от задач, которые ставит исследователь. Потоки рабочей силы на межфирменных рынках труда сопоставляются с движением рабочих мест. Причем данные об этих «потоках» сопоставимы и синхронны как на уровне предприятий, так и во временных интервалах, что позволяет измерять эти процессы в рамках единого массива информации. Получаемые данные позволяют анализировать циклическую природу потоков рабочей силы, учитывая сезонность и другие системообразующие факторы, влияющие на характер устойчивых и неустойчивых процессов динамики рабочей силы. Информация в рамках данной исследовательской программы позволяет структурировать потоки рабочей силы на рынке труда, учиты-вая масштабы, структуру и механизмы движения рабочих мест. Методика позволяет кроме того выявлять циклическую структуру колебаний межфирменных потоков рабочей силы и рабочих мест и делать предварительные предположения об устойчивых и неустойчивых факторах их динамики; исследования «РЭБ» позволяют проводить межстрановые сравнения, выявлять типичные (схожие) тенденции формирования рынка труда в странах, находящихся в аналогичных условиях. Информация, которой располагает исследовательский коллектив, позволяет строить теоретические гипотезы о «конфигурациях» и качественных особенностях российского рынка труда. Объективная информация исследований сопоставляется с ожиданиями экспертов относительно предполагаемых параметров межфирменного рынка труда в будущем. Полученные данные в целом сопоставимы с официальной статистикой, что указывает на их репрезентативность (табл. 1.3).

Таблица 1.3. Официальные показатели движения рабочей силы и рабочих

мест ГКС и оценки РЭБ, % к среднегодовой численности занятых Год Данные ГКС (Ь) Данные ГКС (в) Данные ГКС (^-в) Данные РЭБ (Ь) Данные РЭБ (в) Данные РЭБ (Ь-в) 1993 20,1 28,8 -8,7 16,5 24,4 -7,9 1994 18,2 32,0 -13,8 16,2 31,7 -15,5 1995 21,1 28,4 -7,3 18,7 27,1 -8,4 1996 16,9 27,0 -10,1 17,0 25,4 -8,4 1997, 1—11 кв. 8,6 12,5 -3,9 7,3 11,8 -4,5 Примечание: официальные данные — по средним и крупным предприятиям промышленности, /1 — коэффициент найма, в — коэффициент выбытия рабочей силы, ф - б) — темп чистого изменения занятости.

Источник: Капелюшников Р. Движение рабочей силы и рабочих мест в российской промышленности // МЭ и МО. 1998. № 2. С. 106.

Несомненно, можно согласиться с положением о том, что для понимания факторов, определяющих уровень безработицы, необходимо анализировать потоки людей на «входе» и «выходе» рынка труда, а также те факторы, которые определяют их интенсивность и длительность . Наиболее известная методика и техника измерения вероятностной оценки «потоков» на рынке труда, которая апробирована на Западе, представлена в работе Дж. Эренберга и

Р. Смита «Современная экономика труда». Она дает возможность получить сведения о вероятностных потоках входа и выхода из рынков труда и «измерить» уровень безработицы, который представляет собой некоторую функцию от вероятностей перехода населения из одного альтернативного состояния в другое (занятости, безработицы и экономической неактивности). Эта методика была апробирована в рамках Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (РМЭЗ), который был проведен в 1992—1996 гг.

Выделяются следующие исходные параметры: Е — занятое население; U — безработные; N — экономически неактивное население. Между этими относительно стационарными состояниями, в пределах которых концентрируется население, возникают следующие потоки, которые оцениваются определенной величиной вероятности. Величина Р определяется как доля лиц, перешедших из /-го состояния ву-е за период времени {t, t + 1}, в общей численности населения, находящегося в момент времени t в исходном состоянии /. Таким образом, выделяются следующие потоки между выделенными «стационарными» состояниями:

Рие — доля безработных, которая становится занятыми; Реи — доля занятых, которая становится безработными; Рпи — доля лиц, вышедших из состояния экономической неактивности и ставших безработными;

Pun — доля безработных, которые переходят в состояние экономической неактивности;

Рпе — доля лиц, находившихся в состоянии экономической не-активности и нашедших работу;

Реп — доля занятых, которые переходят в состояние экономической неактивности.

На основании этого строится следующая функция: U= F{Pen(+), Рпе(~), Рип(-), Рпи(+), Реи(+)9 Рие(-)}9 которая конструируется исходя из предположения, что если рынки труда находятся в состоянии равновесия, т.е. потоки входа и выхода из безработицы равны, то уровень безработицы U для определенной группы населения определяется балансом различных потоков внутри данного рынка труда.

Таким образом, в этих условиях внутри равновесной системы каждая категория будет иметь свой уровень безработицы и свои специфические параметры ее масштаба (удельного веса безработных), а также периода протекания. Естественно, что это предположение встречает определенные возражения, так как в действительности (а получаемые данные предполагают изучение реальных потоков на реальном рынке труда) равновесные рынки существуют только в идеале. Однако, поскольку получаемый объем статистической ин-формации представляет собой относительно замкнутый континуум, то каждая изучаемая группа будет иметь свои вероятностные характеристики потоков «входа» и «выхода» из рынка труда. Это может определить соотношение пропорций величин вероятности в различных группах и служить статистико-вероятностной базой сравнения интенсивности потоков по каждой изучаемой категории.

Исследования динамических характеристик российского рынка труда, проводимые по программам «РЭМ» и «РМЭЗ», были дополнены изучением «потоков» рабочей силы, отраженных в официальной статистике ГКС и ФСЗ . Исходя из целей и задач исследования их автор акцентировал внимание на динамике изменений среди той категории экономически активного населения, которая находится в состоянии безработицы. Основой его теоретических положений и методических расчетов являлись следующие предположения.

Существует стационарная модель объема безработицы, приток и отток из которой остается неизменным. Тогда уровень безработицы можно представить в следующем виде:

N ~ N I

где и — безработные; N — активное население; I— приток в безработные; I / N — коэффициент входа в безработицу, (К); I/ / I — средняя продолжительность безработицы (Ко).

В модели со стационарным состоянием складывается следующее соотношение между численностью безработных, переменными потоков и длительностью безработицы: и= /• Д где / = 0, т.е. приток равен оттоку; В — средняя продолжительность отсутствия работы. Поскольку в стационарной модели вход равен выходу, среднюю продолжительность безработицы можно представить как величину, обратную коэффициенту выхода. Отсюда: и/Ы= Ю/ Ко. В результате мы имеем целую серию показателей: уровень безработицы (Ц/ ТУ); коэффициент входа (// ЛО; коэффициент выхода (// (47/ ЛО); продолжительность (I//1). Эти показатели позволили автору данных исследований, используя материалы официальной статистики, оценить, во-первых, интенсивность потоков безработицы, во-вто- рых, их продолжительность, в-третьих, соотнести влияние интенсивности потоков на их длительность и, наоборот, в-четвертых, построить типологию региональных российских рынков труда в за-висимости от интенсивности потоков и продолжительности безработицы.

Эти исследования демонстрируют широкий спектр научных программ, которые корреспондируются с данными официальной статистики; существенно их дополняют, раскрывая особенности российского рынка труда, «ускользающие» от официальной статистики; используют мировой опыт изучения рыночных отношений в сфере занятости.

<< | >>
Источник: Агабекян Р. Л., Баяндурян Г. Л.. Институциональная экономика: бизнес и занятость : учеб. пособие. — М. : Магистр,2010. — 462 с.. 2010

Еще по теме 1.3. Российский опыт измерения параметров рынка труда:

  1. ГОСУДАРСТВЕННОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ РЫНКА ТРУДА
  2. 7.1. ПОНЯТИЕ РЫНКА ТРУДА, ЕГО ЭЛЕМЕНТЫ, ФУНКЦИИ, ОБЪЕМ
  3. 4. Государственное регулирование занятости и рынка труда
  4. 23. Рынка труда и его сущность
  5. 15.4.2 Модель сигнализирования на рынке труда (модель Спенса)
  6. 1.1. Понятие и сущность рынка труда и занятости
  7. 1.3. Российский опыт измерения параметров рынка труда
  8. 2.2. Основные тенденции трансформации рынков труда с ограниченными ресурсами
  9. 5.1. Институциональная организация рынков труда и теории дискриминации рабочей силы
  10. 5.2. Модели «гибкости и сегментации» рынков труда в рамках трансакционного анализа
  11. 10.1.Рынок труда и заработная плата
  12. Состояние рынка труда и государственное регулирование занятости в России
  13. 6.1. Понятие и формы занятости 6.1.1. Рынок труда в Российской Федерации
  14. 16.8. П. Даймонд, Д. Мортенсн, К. Писссаридес о новой методологии и теории рынка труда
  15. 20.3. Российский рынок труда. Безработица
  16. 8.4. Роль профессиональных союзов на рынке труда
  17. Особенности российского рынка труда
  18. § 5. Российская модель рынка труда