<<
>>

Перспективы развития корпоративных структур в России

В экономике России к настоящему времени сформировался пусть неэффективный, но реально существующий корпоративный сек­тор. Если стратегическая цель (одна из целей) младореформато- ров заключалась в этом, то ее можно считать достигнутой.
Что де­лать: остановиться на этом или нацелить «предпринимательские» корпорации на их трансформацию в «общественные»? Мы исхо­дим из того, что для России наиболее приемлемым является ори­ентация корпораций на их превращение из «предпринимательских» в «общественные». Последние могут стать фундаментом для пост­роения в России, пользуясь терминологией академика В.Л. Мака­рова, терпимого корпоративного общества, обеспечивающего вы­сокое качество жизни не только для избранных, но и для всех чле­нов общества.

Превращение «предпринимательских» корпораций в реально действующие «общественные» корпорации может произойти только в случае сознательных действий со стороны лиц, принимающих и ответственных за реализацию решений как на микро-, так и на макроуровне. В этой связи укажем на ряд проблем, без решения которые перспективы развития корпоративных структур в России будут плачевными: 1) управленческая корпорация, 2) стратеги­ческий менеджмент; 3) принуждение менеджеров к исполнению норм корпоративного права.

Перспективы решения проблемы управленческой корпорации и дис­креционного поведения менеджеров. Понятие «управленческая кор­порация», как было сказано выше, возникло в 30-х годах XX в., когда отделение управления от собственности стало общепризнан­ным фактом. Этим понятием обозначают предприятия, в которых интересы управленцев доминируют над интересами акционеров. Классическим трудом по управленческой корпорации является ра­бота А.Берли и Г.Минза «Современная корпорация и частная соб­ственность» [13].

Теории и модели управленческой корпорации стали появлять­ся спустя три десятилетия после указанной пионерной работы; в них помимо идей, восходящих к Берли и Минзу, были использо­ваны идеи Веблена, Шумпетера, Пенроуза, Гэлбрейта и др. Зна­чительный вклад в разработку формального описания поведения управленческой корпорации внесли три исследователя: У. Баумоль [11, 12], Р. Маррис [19] и О. Уильямсон [21-24].

Интерес к управленческой, корпорации объясняется тем, что современную российскую корпорацию также можно рассматривать в качестве управленческой. В пользу этого есть много свидетельств в литературе [3]. Однако российские — как государственные, так и частные акционерные управленческие предприятия имеют следую­щие отличия от западных. Во-первых, это почти полное отсутствие контроля над менеджментом со стороны акционеров и государства. Во-вторых, тесные взаимосвязи между менеджерами и их прежни­ми покровителями-чиновниками, объясняющиеся тем, что карье­ра менеджеров, жизнь и смерть фирмы, налоги, субсидии и кре­дит, цены и заработная плата, все финансовые «регуляторы», воз­действующие на процветание фирмы, зависят скорее от начальства, чем от результатов рыночной деятельности. В-третьих, высокая сте­пень коррупции и участие в погоне за рентой наряду с государ­ственными чиновниками также политической элиты и организо­ванной преступности.

В работах упомянутых авторов содержатся элементы, которые можно использовать для разработки модели, объясняющей поведе­ние предприятия.

Однако они не рассматривают проблему с точки зрения максимизации управленческой полезности, когда выбор осу­ществляется между легальным и теневым источниками дискреци­онной прибыли. Последний момент является наиболее существен­ным для разработки модели российской управленческой корпорации.

Рассмотрим основные черты этой модели.

1. Отделение собственности от контроля. В России рядовые соб­ственники, как работающие, так и неработающие в данной кор­порации акционеры, не контролируют менеджмент. Остальные соб­ственники — это, как правило, сами менеджеры. Какая ипостась менеджера-акционера — наемный работник или хозяин-предпри­ниматель— возьмет над ним верх? Быстрое, ситуативное приоб­ретение собственности вряд ли сможет сразу же переродить чело­века, поэтому типичный менеджер-акционер в сегодняшней Рос­сии — это скорее менеджер, чем акционер, скорее временщик, думающий о собственной выгоде, чем хозяин, думающий о выго­де Предприятия. Конечно, в долгосрочном плане подобное пове­дение менеджера-акционера может ухудшить его позиции как соб­ственника, но реальность такова, что о долгосрочных перспекти­вах своей корпорации мало кто задумывается. Большинство, не веря в будущее (и на то есть серьезные основания), живет и действует по принципу «после меня хоть потоп». И в соответствии с этим принципом переводит теневые доходы за рубеж.

2. Контроль над корпорацией. В отличие от условий развитых стран с классической управленческой корпорацией, где контроль со сто­роны государства (прежде всего налоговых органов) строго осу­ществляется (и в этом свой резон: государство гарантирует част­ную, коллективную, общественную собственность, стоит на страже интересов отечественного бизнеса, последний в свою очередь фи­нансирует государство для выполнения этих и других функций), в России корпорации всячески стараются уйти от контроля государ­ства, и это им в значительной степени удается — не без государ­ственного участия.

3. Дискреционное управление. В классической управленческой кор­порации оно осуществляется в интересах менеджеров (в ущерб ин­тересам акционеров); дискреционное управление, скажем, в Гер­мании, если и имеет место, то в интересах опять-таки менедже­ров (в ущерб акционерам и работникам); дискреционное управление в российской корпорации осуществляется в интересах менеджеров и связанных с ними специфических групп соучастни­ков дискреционного бизнеса: государственной бюрократии, поли­тической элиты, криминальных авторитетов (в ущерб акционерам, работникам и непосредственно государству, поскольку сокрытие доходов ведет к неполучению налогов).

4. Основная проблема для менеджеров классической управленчес­кой корпорации заключается в сокрытии дискреционных доходов от акционеров, для менеджеров российской корпорации — в со­крытии теневых доходов от государственных органов (акционеры практически не оказывают существенного влияния на российский менеджмент).

По предположению, корпорация представлена двумя группами: одна группа (менеджеры-акционеры) получает «теневой», скры­тый, необъявленный доход, который расходует по своему усмот­рению (его мы называем дискреционным доходом, по своей сути это комбинация управленческой и бюрократической ренты), дру­гая группа (работники-акционеры) такого дохода лишена. Осталь­ные акционеры либо также получают часть дискреционного дохо­да (и поэтому они солидарны с менеджерами-акционерами), либо его не получают (поэтому они солидарны с работающими акцио­нерами). То же самое можно сказать о менеджерах и работниках, не являющихся акционерами. Первые солидарны с менеджерами- акционерами, ибо получают часть дискреционного дохода, вто­рые — с работниками-акционерами.

В данной модели менеджеры максимизируют свой чистый те­невой доход, который образуется за счет разницы теневого дохо­да (той части общей выручки от продаж, которую менеджеры су­мели скрыть от налоговых и проверяющих органов — это совокуп­ный дискреционный доход менеджера) и теневых издержек (затрат по поддержанию института сокрытия доходов — это расходы ме­неджеров в виде взяток, подношений, бюрократической ренты и т.п. чиновникам, политическим деятелям и криминальным авто­ритетам). Теневой доход и теневые издержки являются функция­ми от доли теневой части в общем объеме продаж и величины объема продаж. В модель вводятся два ограничения:

1. По налогам (части общей выручки, которую следует запла­тить в виде налогов. Мы исходим из того, что предприятиям спус­кается налоговый план — не будь этого плана, государство вооб­ще могло бы остаться без налогов, поскольку у предприятий не было бы засвеченной прибыли^; другое дело, что и эти запланиро­ванные налоги государство не может собирать).

2. По прибыли после уплаты налогов. Чем сильнее позиции ак­ционеров, тем выше может быть эта прибыль; иными словами, ак­ционеры признают, что корпорация управленческая, т.е. управле­ние дискреционное, в интересах менеджеров, поэтому ограничение на прибыль является со стороны акционеров защитным механиз­мом. В современной российской экономике с беспомощностью ря­довых и всесилием руководящих акционеров эта прибыль практи­чески равна нулю: ведь менеджеры-акционеры максимизируют свой чистый теневой доход, в частности, за счет рядовых акционеров. Они могут максимизировать свой доход также за счет снижения зара­ботной платы и/или несвоевременной ее уплаты (см. рис. 9).

Таким образом, российская корпорация представляет собой, во- первых, управленческую корпорацию, в том смысле, что менед­жеры, обладая реальной властью, могут и стремятся максимизи­ровать свою собственную управленческую полезность даже в ущерб интересам других соучастников бизнеса и прежде всего акционе­ров (в случае акционерных корпораций) и государства (в случае государственных корпораций) и, во- вторых, дуальную корпора­цию, т.е. действующую частично легально, а частью в тени.

Целевая функция — максимизация «теневой» прибыли. Дискре­ционные доходы менеджеров образуются за счет «светлой» и «тене­вой» дискреционной прибыли. Но эти два вида прибыли неравноз­начны. С первой прибыли, в случае, если она будет пущена менедже­рами исключительно на премии и надбавки себе, придется платить подоходный налог, в то время как со второй платить ничего не надо. Это упрощает задачу оптимизации прибыли. В официально показы­ваемой, «светлой» части своей деятельности фирме достаточно вый­ти на уровень безубыточности с учетом налоговых и других ограни­чений, далее деятельность фирмы ведется в «тени». Максимизация управленческой полезности сводится к максимизации «теневой» при­были, которой администрация фирмы может распоряжаться полно­стью по своему усмотрению, в данном контексте — на все 100% в личных целях без всяких налогов и отчислений.

«Светлая» прибыль определяется следующим образом:

^1 ~ ~ С[ ~Т[ — Щ — СР — ?Гд = (1 — — С,) — Яд

где — «светлый» доход фирмы;

я — минимально приемлемый уровень прибыли.

Рис. 9. Модель российской корпорации:

О,— кривая отраслевого спроса, О,— кривая спроса «светлой» продукции фир­мы, 05— кривая спроса «теневой» продукции фирмы, 0:— отраслевой спрос, О — общий объем продукции фирмы, О,— «светлый» объем продукции фирмы, 05 — «теневой» объем продукции фирмы, Р— цена продукции фирмы, МЯ,— предель­ный «светлый» доход фирмы, Я5 — «теневой» доход фирмы, МЯ5 — предельный «теневой» доход фирмы, С, — производственные «светлые» издержки фирмы, АС, — средние «светлые» издержки фирмы, С5— производственные «теневые» издерж­ки фирмы, МСа— предельные «теневые» издержки фирмы, ДС5 — средние «тене­вые» издержки фирмы, Г, — корпоративный «светлый» налог, АТ1 — удельный кор­поративный «светлый» налог, — корпоративный «теневой» налог, АТв — удель­ный корпоративный «теневой» налог


«Теневая» прибыль равна:

= я, - с, - Тя = д,- с„ - уд, - с,) = (1 - у (Д. - У),

где я, — дискреционная «теневая» прибыль фирмы;

/, — налоговая «теневая» ставка.

Рассматриваемая фирма является доминирующей (господствую­щей) в отрасли, остальные фирмы в отрасли — это конкурентная периферия. Такой случай хорошо известен в неоклассической эко­номической теории как разновидность олигополии — «лидерство в ценах». Доминирующая фирма, будучи «диктующей цену», устанав­ливает цену (и количество) в соответствии с правилом максимиза­ции прибыли (равенство предельного дохода предельным издерж­кам), остальные фирмы «берут» эту цену и действуют как в условиях чистой конкуренции (им достаточно сравнять предельные издержки с этой ценой). Напомним, что кривая спроса фирмы в условиях чи­стой конкуренции — совершенно эластичная, в отличие от кривой отраслевого спроса, которая имеет обычный нисходящий характер.

Идея модели заключается в следующем: «светлая» часть фирмы ведет себя как доминирующая, «теневая» — как конкурентно пе­риферийная. В соответствии с неоклассической теорией «светлая» часть фирмы является «диктующей цену», а «теневая» — «согла­шающейся с ценой». Для максимизации управленческой полезно­сти необходимо выполнить два условия:

• приравнять «светлую» прибыль нулю с учетом ограничений на прибыль;

• максимизировать «теневую» прибыль с учетом ограничений.

Первое условие дает следующее:

пх = (1 — — сх) = О-

где Я/ — «светлый» доход фирмы;

/, — налогhspace=0 vspace=0 align=left> Органическая

адаптация

Нет |

Реакция управляема?

| Да ,

Планировать или действовать?

Планировать


Действовать


По случаю или Стратегическое Позиция

систематически обученнее или вопросы?


Кризис Монитор Д \. Одношаговый р Прогрессивное обязательство

Стратегическое

планирование


Конкурентное

преимущество


Информация

Менеджер

Система Структура


Менеджмент Систематический

по случаю Вопросы

Планирование

Какой режим? Какой процесс?


Принудительные изменения

Управляемое

сопротивление


Культура/Ментальность/Власть


Рис. 10. Дерево стратегического менеджмента Источник: [10, р. 478].

8. Указываете ли вы направления и придерживаетесь ли новых подходов?

9. Улыбалось ли вам до сих пор счастье?

10. Вносите ли вы вклад в развитие общества и в собственное развитие?

Вот ответы тех, кого авторы опроса относят к среднему менед­жеру (профиль которого приведен в табл. 5):

1. У нас есть видение ценового лидерства и одновременно хо­рошего дизайна.

2. Наши общие цели — это максимум роста и рыночной доли.

3. Наше конкурентное преимущество заключается в факторах цены, качества, дизайна и др.

4. Что не входит в бюджет — не открыто для дискуссий.

5. Организация подобна кругу со мной в центре.

6. Менеджерам платят не за планирование, а за производство и продажу наших изделий.

7. Над гармонизацией нашей корпоративной культуры и стра­тегий в настоящее время трудятся консультанты.

8. С тех пор, как мы в бизнесе, правила игры остаются неиз­менными: цена, цена, цена.

9. Хорошее планирование и хорошие друзья заменяют мне счастье.

10. Чем труднее работа, тем важнее прибыль.

А вот ответы хорошего стратега (табл. 6):

1. Мы хотим сделать предметы роскоши доступными для воз­можно более широкой публики.

2. Темп нашего роста и способность компании производить ре­сурсы.

3. Самым конкурентным преимуществом является наша основ­ная технология, которая позволяет быть номером один на многих рынках мира.

4. Наши принципы: централизованное управление, децентра­лизованное руководство, совместные действия.

5. Да, стратегическое планирование является наилучшим ин­струментом развития наших менеджеров.

6. Высшее руководство восприимчиво к новым идеям на каж­дом уровне ответственности.

7. Я стараюсь узнать лучше и быстрее наших конкурентов дей­ствительные желания потребителей.

8. Всю мою жизнь я работал чуть усерднее моих коллег.

9. В любой момент я бы мог передать управление моей компа­нией любому нашему сотруднику.

10. Выделение финансовой помощи нашим работникам для по­купки домов вблизи компании для нас очень важно.

Профиль среднего менеджера
Менеджеры

спрашивают

себя

Абсолютно Частично Совсем нет 8 7 6 5 4 3 2 1 Образцы

комментариев

1. Есть ли у меня предприниматель­ское видение? Да, это — дости­жение ценового лидерства и хо­рошего дизайна
2. Есть ли у меня корпоративная философия? Это ориентация на максимум ро­ста и рыночной доли
3. Имеются ли у меня конкурент­ные преимуще­ства? х Они заключают­ся в факторах качества, цены, дизайна и др.
4. Действуют ли мои работники в интересах компа­нии? )> Что не входит в бюджет — зак­рыто для дискус­сий
5. Построил ли я организацию со своим видением? / Организация по­добна кругу со мной в центре
6. Вовлечены ли в стратегическое планирование ли­нейные менеджеры Им платят не за это, а за произ­водство и прода­жу продукции
7. Гармонирует ли со стратегией культура корпора­ции? > Над гармониза­цией культуры работают кон­сультанты
8. Вырабатываю ли я новые на­правления и под­ходы? Цели бизнеса неизменны: цена, цена, цена
9. Улыбалось ли мне до сих пор счастье? \ Планирование и друзья заменяют мне счастье
10. Вклад в свое развитие и обще­ства? Чем работа труднее, тем важнее прибыль
Уровень стратеги­ческой компетенции 8 7 6 5 4 3 2 1 Высокий Средний Низкий

Источник: [18, р. 110].


Правовые модели принуждения менеджеров к исполнению норм корпоративного права (рынок капиталов, угроза банкротства, про­зрачность информации и т.д ). С точки зрения Ьащиты инвесторов можно выделить следующие модели корпоративного закона [7]:

• «запрещающая» для США и Великобритании в конце XIX в., современной континентальной Европы, включая страны с пере­ходной экономикой, в силу слабого рыночного контроля;

• «разрешающая» для Великобритании, США, Южной Аф­рики;

• «самодостаточная» для России (по закону 1995 г., хотя ав­торы Гражданского кодекса РФ использовали элементы запреща­ющего подхода из прошлого опыта США и России), многих госу­дарств бывшей Британской империи;

• «смешанная» для большинства развивающихся стран.

Рассмотрим характерные черты этих моделей и возможности их

использования для развития корпоративных структур в России.

Основное преимущество запрещающей модели — прямое наложе­ние запрета на совершение компанией определенных действий, которые допускают возможность такого противоправного поведе­ния, как сделки, в совершении которых имеются заинтересован­ность, реорганизация в форме слияния (когда выкупаются акции только одного из реорганизуемых обществ, а не акции общества, образующегося в результате слияния). К ее недостаткам относят­ся следующие: 1) ограничивается свобода выбора менеджеров в принятии потенциально законных коммерческих решений; 2) те­ряется смысл многих формальных запретов по мере того, как прак­тики находят пути их обойти; 3) наблюдается тенденция к смяг­чению строгих прямых запретов законодателем в целях удовлетво­рения коммерческих потребностей или политических требований менеджеров.

Преимуществом разрешающей модели считается придание гибко­сти действиям менеджеров при заключении сделок, что, в конеч­ном счете, важно и для акционеров.

Преимущества самодостаточной модели являются развитием пре­имуществ разрешающей модели, от которой самодостаточная мо­дель отличается лишь степенью дозволенного. Такая модель содер­жит большее число и более жесткие предписания, поскольку пе­ремещает центр тяжести на цели защиты интересов внешних инвесторов от противоправного поведения инсайдеров и предотв­ращения скандалов, чем на максимальное увеличение гибкости в осуществлении коммерческой деятельности. Самодостаточна^ мо­дель позволяет более или менее заметным миноритарным акцио­нерам защищаться от контролирующих ситуацию инсайдеров (ме- неджеров-акционеров) путем использования требований формаль­ного характера— структурных и процедурных (правила голосования, удобные для мелких акционеров, независимые ди-

Профиль хорошего стратега
Менеджеры

спрашивают

себя

Абсолютно Частично Совсем нет 8 7 6 5 4 3 2 1 Образцы

комментариев

1. Есть ли у меня предприниматель­ское видение9 Хотим произво­дить предметы роскоши, доступ­ные публике
2. Есть ли у меня корпоративная фи­лософия? ) Наш рост совме­стим с ресурсны­ми возможностя­ми
3. Имеются ли у меня конкурентные преимущества9 Это технология, делающая нас №1 на многих рынках
4. Действуют ли мои работники в интере­сах компании? Мы сочетаем цен­трализацию с де­централизацией
5. Построил ли я организацию со своим видением9 / В любой момент я могу передать управление дру­гому
6. Вовлечены ли в страт.планирова­ние линейные ме­неджеры Да, ибо это луч­ший инструмент развития менед­жеров
7 Гармонирует ли со стратегией куль­тура корпорации9 > Руководство вос­приимчиво к иде­ям снизу
8. Вырабатываю ли я новые направле­ния и подходы? Стараюсь узнать, что хотят потре­бители, лучше конкурентов
9. Улыбалось ли мне до сих пор счастье? Всю жизнь я ра­ботал чуточку усерднее моих коллег
10. Вклад в свое развитие и обще­ства? Помогаем рабо­чим купить дома рядом с компа­нией
Уровень стратеги­ческой компетенции 8 7 6 5 4 3 2 1 Высокий Средний Низкий

Источник. [18, р. 111].


ректора, обладающие рядом прав, кумулятивное голосование, про­цедуры защиты акционеров при поглощении и др.).

Сопоставление всех этих моделей с российской действительно­стью позволяет сделать вывод о невозможности механического ко­пирования ни одной из них. Как отмечают Радыгин и Энтов, «един­ственно возможный путь развития российского корпоративного за­конодательства — это «пошаговое» совершенствование уже имеющихся законов в целях построения сбалансированной право­вой модели и системы регулирования, защищающей интересы всех потенциальных участников корпоративных отношений» [7, с. 167].

<< | >>
Источник: Под рук. акад. Д. С. Львова. Институциональная экономика: Учеб. пособие. — М.: ИНФРА-М, — 318 с. — (Серия «Высшее образование»). 2001

Еще по теме Перспективы развития корпоративных структур в России:

  1. 8.2.6. Современная ситуация и перспективы развития корпоративной культуры в России
  2. 15..3. Перспективы развития гражданского общества в России
  3. Перспективы развития фондового рынка в России
  4. 4. Перспективы развития страхового дела в России
  5. 11.3. Проблемы и перспективы развития малого предпринимательства в России
  6. Перспективы развития инвестиционных банков в России
  7. 43. Перспективы развития таможенно-банковского контроля России
  8. 43. Перспективы развития таможенно-банковского контроля России
  9. 2.3.4. Перспективы развития внешних источников информации в России
  10. 4.1.2. Проблемы и перспективы развития личного страхования в России
  11. 17.2.6. Проблемы и перспективы развития электронного банкинга в России
  12. 35. ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ РОССИИ: ТЕНДЕНЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ
  13. § 5. Итоги и перспективы развития многопартийности в России
  14. 9.4. Современное состояние и перспективы развития финансовой науки в России
  15. 6. Особенности современной бюджетной системы России и перспективы ее развития
  16. 18.8. Риски в лизинговой деятельности и перспективы развития лизинга в России