<<
>>

Особенности эволюции права и государственной организации в развивающихся странах Азии, Африки и Латинской Америки

самостоятельных, но весьма различающихся по длительности и по связи с современной политикой периода: доколониальный, колони­альный и послеколониальный.

Доколониальный период для отдельных стран приобретает весьма существенное значение, поскольку нередко напрямую связывается с задачами возрождения национального величия и отдельных культур­ных, прежде всего религиозно-культурных, традиций.

Таков Египет с его историей, насчитывающей свыше 5 тыс. лег, таков Ирак с та­кой же по времени родословной и еще с пятивековой (со времени хиджры) историей исламской культуры или Иран с 25 веками древ­ней религии и культуры. Большая преемственность и постоянство наблюдаются в политических культурах стран Азии, испытавших влияние конфуцианства и буддизма.

Колониальный период стал периодом двойственных изменений: разрушения или деформации местных политических институтов и традиций (племенных, феодальных, религиозно-культурных) и одно­временно приобщения к политическим идеям и институтам держав- метрополий, которые стали рецепироваться при помощи аппарата колониального управления и местной посреднической (компрадор­ской) буржуазии. Эти же процессы содействовали появлению пер­вых политических организаций и партий. Так, например, Индий­ский национальный конгресс, ныне крупнейшая политическая пар­тия независимой Индии, возник в 1885 г. В Латинской Америке подобные объединения появились еще в первой половине XIX в.

С колониальным периодом связано начало законодательного ре­гулирования не только в гражданской и карательной областях, но и в конституционной. В Индии первые конституционные акты были приняты в 1919 и 1935 гг. В Нидерландской Индии (Индонезии) под воздействием освободительного движения и деятельности на­циональной партии еще в 20-е гг. появляется представительное уч­реждение — Народный совет. В борьбе за обретение политической самостоятельности определенного успеха добиваются колонии с уцелевшими структурами монархической организации государствен­ного правления: Афганистан обретает независимость по договору 1921 г., Египет становится суверенной монархией в 1927 г., Ирак — в 1930 г.

На практику деколонизации большое влияние оказал способ управления подвластными территориями со стороны европейских метрополий. Он был относительно мягким в британских колониях, где к процессу управления привлекались местные властные структу­ры (племенные и феодальные правители с их аппаратом и традиция­ми). Эта практика была впервые освоена в Индии и Нигерии уси­лиями генерал-губернатора лорда Лугарда еще в начале XX в. и по­лучила затем широкое распространение под названием косвенного правления (indirect rule). Во французских колониях действовала сис­тема прямого правления, при которой все колониальные чиновники и местные институты власти находились под жестким централизо­ванным контролем. Впоследствии такое различие в способах управ­ления сильно сказалось на ходе и особенностях протекания освобо­дительной борьбы: во французских колониях чаще практиковалась вооруженная борьба за независимость (достаточно напомнить о вой­нах во Вьетнаме и Алжире в 50—60-е гг.).

Политика колониальных держав в XX в. испытывает сильнейшее воздействие освободительных движений в колониях.

Первой значи­тельной коррекцией во взаимоотношениях колоний и метрополии стал избранный Англией курс на признание за колониями прав на самоуправление. В 1919—1921 гг. статуса самоуправления (статуса доминиона) добивается Ирландия (за исключением северной ее час­ти — Ольстера, где расположены шесть самых развитых ее террито­рий). В 1926 г. имперская конференция представителей колониаль­ных территорий в Лондоне признает и официально закрепляет кон­ституционное положение о том, что Англия и ее доминионы — это «автономные государственные единицы внутри Британской импе­рии, равные по статусу и ни в каком отношении не подчиненные одна другой в своих внутренних и внешних делах, хотя они объеди­нены общим подданством в качестве членов Британского содружест­ва наций» (British Commonwealth of Nations). В 1931 г. в связи с при­нятием Вестминстерского статута своеобразие конституционного со­дружества наций империи было истолковано как свободный союз сплоченных «общей верностью короне» наций, каждая из которых обладает отныне автономией в области законодательства; губернатор назначается здесь по совету правительства доминиона и выполняет функции «назначенного для колонии монарха».

Таким образом, задолго до развала империи была найдена фор­мула для поддержания сотрудничества и определенной преданности политическим и конституционно-правовым традициям колониаль­ных времен, суть которой передается названием преобразованной империи — Британское Содружество Наций (с 1947 г. — Содружест­во). Такого же рода меры были предприняты и в отношении фран­цузских колониальных владений, которые в 1946 г. были объявлены входящими в так называемый Французский союз, состоящий из мет­рополии и заморских департаментов, таких как Алжир, Гвиана, Гва­делупа, и др. В 1958 г. Французский союз переименовывается во Французское содружество, состоящее из метрополии и 17 колоний в Африке, где с этого времени начинается череда референдумов о при­надлежности к Содружеству и одновременно одобрение конституций уже независимых территорий.

В 50-е гг. XX в. независимости добивается большая часть колони­альных стран Среднего Востока; 60-е гг. стали периодом получения независимости большинством английских и французских колоний в Африке; в 70-е гг. независимыми становятся португальские террито­рии в Африке. В 90-е гг. независимости добивается Юго-Западная

режимы выступают как авторитарные (в известной мере, как бона­партистские, военно-бюрократические с участием и при поддержке армии), а также как плюралистические и представительно-демокра­тические (Индия, Ливан, Турция) режимы.

Рассматриваемая группа стран демонстрирует различные вариан­ты модернизации, причем эта несхожесть определяется целым рядом внутренних и внешних обстоятельств, в том числе необходимостью обеспечивать назревшие потребности. В основе устремленности к переменам лежит желание уйти от катастрофического развития со­бытий и выработать стратегию устойчивого существования. Общим направлением плодотворных перемен становится разрыв с автори­тарной формой правления в пользу создания открытой и представи­тельной формы правления.

Но поиск путей модернизации приводил к разным результатам, нередко весьма драматического характера. Так, несостоявшийся (не- удавшийся) вариант имел место в случае ускоренной, но слабо под­готовленной модернизации еще шахского Ирана. Эта модернизация завершилась провалом и «откатом» назад. Применительно к Южной Корее можно говорить об удачной модернизации, осуществленной в относительно сжатые сроки (крушение авторитарного режима про­изошло в 1987 г.). Более затяжной характер носит модернизация Фи­липпин, которая начала проводиться после падения авторитарного режима президента Маркоса в 1986 г. (перемен к лучшему не про­изошло, особенно в области снижения остроты социальных про­блем, что является благоприятной почвой для политического ради­кализма). Южная Корея в этом смысле сумела создать высокоэф­фективную современную экономику и провести большой объем социальных преобразований, изменив тем самым традиционную си­туацию преобладания государственной бюрократии.

Для режимов с представительным правлением и политическим (партийным и религиозным) плюрализмом характерна особая чут­кость к возможностям достижения мира и согласия на основе ком­промисса заинтересованных групп или общин и продуманной систе­мы равновесия властей. В Ливане, где проживает множество самых разных религиозных общин, правда, говорящих на одном, арабском, языке, особой проблемой становится сохранение некоего конфес­сионального баланса, который на поверку все же оказывается весьма хрупкой защитой от межконфессиональной розни. Здесь проживают христиане (марониты, православные, армяно-католики, армяно-гри- гориане) и мусульмане (сунниты, шииты и друзы).

Ливанская конституция, принятая вскоре после распада Осман­ской империи в 1926 г., — одна из самых устойчивых в этом регионе мира. В статьях о правах и обязанностях ливанцев закреплены поло­жения о равенстве всех ливанцев перед законом; о том, что свобода совести абсолютна и в отношении почитания Всевышнего «государ­ство уважает все религии и вероисповедания» (ст. 9); что не допуска­ется нарушения права религиозных общин иметь свои школы при условии соблюдения ими общих положений, установленных госу­дарством в отношении народного образования; что «все ливанцы имеют доступ ко всем публичным должностям в соответствии с их заслугами и способностями согласно условиям, предписанным зако­ном» (ст. 12).

Республика Индия. Индия — одно из двух крупнейших (наряду с Китаем) азиатских государств, которые унаследовали очень древнюю культуру и пытаются приспособить ее к условиям современной по­литической и промышленной модернизации. В Китае это происхо­дит путем более резких смен политической тактики и стратегии (программа четырех модернизаций, которая пришла на смену левац­кому утопизму Мао Цзэдуна, включила в себя и некоторые элемен­ты одной из утопий Конфуция), однако оба государства всерьез за­нимает проблема борьбы с угрозой «демографического взрыва» и перспективой массового голода, а также политической стабильности в условиях многонационального общества и др. Отличие Китая со­стоит в том, что его связь с древней цивилизацией практически не прерывалась в силу каких-либо воздействий извне, тогда как Индии довелось пережить последствия ряда внешних вторжений и завоева­ний — вторжения арийских народов в середине II тысячелетия до н. э., мусульманского господства в период правления Великих Моголов (XVI—ХАШ вв.) и, наконец, почти двухвековой британ­ской колонизации.

Национальное движение сопротивления берет свое начало в 1885 г., когда возникает Индийский национальный конгресс. Именно он в 1905—1908 гг. выдвигает лозунги Сварадж (свое производство, т. е. полная свобода для развития национальной промышленности). Эти требования заставили Англию пойти на ряд политических усту­пок. В 1909 г. принимается Закон об индийских советах, согласно которому увеличивается число членов Законодательных советов Ин­дии и провинций до 60%. Однако этих людей избирали 5—6 тыс. из­бирателей из 300-миллионного населения колонии. В 1915 г. движе­ние за независимость возглавляет Махатма Ганди, которого затем сменяет Джавахарлал Неру. Независимость от Англии страна полу­чает в 1947 г., после того как колония Британская Индия была раз­делена — не без драматических последствий — на Индию и Паки­стан.

Позиция лидеров освободительной борьбы по отношению к мет­рополии была не только тактической, но также и критической (со­циально-политической), ставящей под сомнение многие (хотя дале­ко не все) достижения западной цивилизации. Эту позицию удачно выразил Дж. Неру в книге «Мое открытие Индии» (1946). Незадолго до обретения Индией независимости он, в частности, писал: «Циви­лизация современного Запада... кажется, не добилась значительных успехов, как и не решила важнейших жизненных проблем. Ей свой-

нимаем, устанавливаем и даем самим себе настоящую Конститу­цию». Заслуживает внимания то обстоятельство, что конституцион­ное положение об «обеспечении (уважения) достоинства личности» появилось в современном конституционном тексте в один год с действующей Конституцией ФРГ, где «уважение к достоинству лич­ности» провозглашено задачей для всех учреждений государствен­ной власти.

Среди основных прав обращает на себя внимание статья о равен­стве перед законом, что понимается не только как равная защита со стороны закона, но и равное обеспечение этой защиты государством (ст. 14). Запрещается дискриминация по мотивам религиозной, ра­совой, а также кастовой принадлежности — имеется в виду дискри­минация в мечети, купальнях или в области коммерции (ст. 15).

Провозглашена отмена неприкасаемости (недавно в прессе было объявлено об избрании премьер-министра одного из штатов, кото­рым стала женщина из касты неприкасаемых). Запрет дискримина­ции «неприкасаемых каст» на практике имеет своеобразную компен­сацию в виде позитивной дискриминации, которая связана с обозна­чением списочного состава каст и племен, за которыми официально резервируются места в государственном аппарате, в учебных заведе­ниях и др. Провозглашены в качестве конституционных такие прин­ципы, как «равная оплата за равный труд», «запрет детского труда на фабриках», «охрана интересов меньшинств» и др.

По совокупности своих конституционно-правовых и политико­властных характеристик Индия может быть причислена к разряду стран развивающейся либеральной демократии. За полвека незави­симого существования она продемонстрировала не только быстрые темпы развития, но и устойчивую приверженность принципам пред­ставительного правления и политического плюрализма, а также сба­лансированного федерализма — совместного проживания почти миллиардного населения в границах одной страны, подразделенной на 25 штатов с учетом этнического состава населения, их культурных и религиозных традиций. По своему культурному потенциалу она в состоянии сыграть важную роль в формировании благосостояния и стабильности не только собственного, но и многих других народов мира.

Исламская Республика Иран. Иран представляет сегодня пример возрождения ислама в одном из районов мира, который издавна был местом встреч и взаимовлияний нескольких культур и цивили­заций. Иранскую «исламскую революцию» 1979 г. приравнивают в ее воздействии на мир к Великой французской революции. Через четверть века после ее свершения можно с уверенностью констати­ровать тот факт, что эта революция действительно дала мощный стимул оживлению исламского фундаментализма, который, не явля­ясь революционным, тем не менее заявил о себе как об одном из мощных идейных и социальных факторов современного политике- ского и конституционного развития. Иран граничит на востоке с Афганистаном и Пакистаном, на севере со странами СНГ, а на се­веро-западе с Турцией и омывается Каспийским морем и Оманским заливом.

Исламская революция произошла в условиях кризиса, созданно­го другой, индустриальной революцией, осуществляемой по инициа­тиве монархического правительства, которому удалось провести ин­дустриализацию в основном за счет государственных капиталовло­жений и начать аграрную реформу, нацеленную на ограничение феодального землевладения и землевладения религиозных мусуль­манских общин. Аграрная реформа оказалась неудачной, и страна была вынуждена импортировать продовольствие. Индустриализация не поспевала за приростом городского населения и армии безработ­ных. И все это происходило на фоне роста коррупции и роскошсст- вования правящей верхушки.

Мусульманское духовенство стало выразителем массового недо­вольства и организатором антиправительственных выступлений. В феврале 1979 г. в страну возвратился из политической ссылки ая­толла Хомейни, который возглавил борьбу за свержение шахского правительства и создание национального исламского государства. Шах был свергнут и эмигрировал, а страна объявлена исламской республикой. В подготовке конституции помимо иранцев приняли участие представители зарубежных исламских организаций. В кон­ституции делался акцент не столько на политико-территориальной характеристике иранского государства, сколько на его идеологиче­ской направленности.

Существенным новшеством стало положение о том, что страной руководит авторитетный мусульманский богослов-законник (принип велаят-е-факих), который, как наместник Аллаха на земле, выпол­няет миссию наставления исламской общины. Должность руководи­теля государства, во многих отношениях стоящая над всеми другими государственными постами и институтами, была представлена аятол­ле Хомейни (аятолла — букв, «уста Аллаха»). Эта весьма политизи­рованная версия исламской власти была создана в ситуации, когда, по мнению исламских богословов и законоведов, ислам как «рели­гия моджахедов, следующих правде и справедливости», и как «уче­ние борцов за свободу и независимость» пребывал в опасности. Ис­ламская власть не является ни абсолютистской, ни демократиче­ской, она скорее конституционная (общеустроительная), только исполняемая в духе Корана и согласно предписаниям и законам ша­риата. В этом последнем смысле ее следует считать современной версией теократического государства.

Первым исполнителем и главным носителем исполнительной власти был пророк Мухаммед. После него велаятом (богословом-за- конником) мог быть только мудрый правитель, который должен об­ладать двумя достоинствами: знанием мусульманских законов и

дических формальностей). В общинах без централизованной полити­ческой власти (например, на территории Кении, расположенной в Восточной Африке) споры решались преимущественно путем пере­говоров и при содействии суда-арбитража. Конфликты в связи с за­ключением брачного соглашения, установлением опеки над детьми, наследованием имущества или землепользованием, как правило, рассматривались с участием старейшин, других влиятельных членов семьи или группы кровных родственников (клана). Когда разногла­сия возникали внутри одной общины, то переговоры и суд проводи­лись с участием старших членов семей, глав основных линий насле­дования и др.

Обычное право африканских обществ не имеет строгости и чет­кости, характерной для законодательства или прецедентного права. На этом основании Р. Давид считал возможным проводить различие между обычным правом и современным на том основании, что аф­риканское обычное право в своей основе содержит и обеспечивает идею примирения или арбитража (посредничества), а не идею права в собственном смысле слова. С этим трудно согласиться, поскольку идея примирения и усилия по примирению конфликтующих сторон входят в корпус правовых требований к современному законодатель­ству (не только к судебному праву, но и ко многим другим отрас­лям). Идея судьи-миротворца пронизывает правовые установки практически во все исторические эпохи, включая первобытную, и на этом основании способность судьи примирить стороны можно счи­тать одним из самых древних умений человека.

Формализованный суд действовал в обществах с централизован­ной и иерархизированной властью, при этом суды создавали свою иерархию низших и высших судов (суды вождей малых племен, суды вождей крупных племен). В колониальный период в королевстве Бу- ганда в середине XIX в. эта иерархия судов включала следующие ступени: вожди малых племен — вожди крупных племен — королев­ский министр — король (кабака).

Разрешение конфликтов в судах обычного права было нацелено на исполнение древнейшего принципа судебной деятельности — примирения враждующих сторон. В африканском социальном кон­тексте судебные решения нацелены на достижение «примирения и восстановления гармонии» (А. Эллот). Суд занимается не столько отысканием и подтверждением фактов и соответствующих норм, сколько заботами по наведению порядка с одновременным устране­нием причиненного зла и восстановлением мира и согласия в потре­воженной общине. Широкое распространение имеют практика орда­лий (испытаний «судом божьим»), принцип талиона и другие тради­ционные для древних и средневековых обществ процедуры.

Все стадии юридически значимых действий тесно переплетены с традициями и обычаями данной родовой или племенной общности, с магическими и социально-бытовыми ритуалами и жестко контро­лируются сложившимися запретами и общественными санкциями, вплоть до самого сурового наказания в виде изгнания из рода-пле­мени (превращение индивида в существо без рода — без племени, внешне свободное, «вольное как птица», а на самом деле становя­щееся объектом безнаказанных насилий и преследований со сторо­ны первого встречного, необязательно сородича).

Брачный союз двух семейств в своем оформлении проходит не­сколько этапов: выбор невесты, согласование размера и условий вы­платы приданого, улаживание конфликтов между мужем и женой, в том числе в случае их развода, и др. Принятие наследования также оформляется многими ритуалами и требованиями. В странах Тропи­ческой Африки наследование может осуществляться в нескольких разновидностях: наследование по родственной линии отца или по линии матери, наследование бесспорное (автоматическое) и по вы­бору (наследник определяется после смерти наследодателя), насле­дование полное и наследование совместное и др.

В настоящее время обычное право становится объектом целена­правленных воздействий — систематизации и кодификации. Осо­бенно успешно идет работа по кодификации карательного права; бо­лее неподатливыми являются правовые требования и принципы, тесно примыкающие к религиозно-богословским построениям либо к вопросам частного и общественного (общинного) правового обще­ния, связанного с личными и имущественными отношениями в се­мье, общине, а также за их пределами.

Основными направлениями и способами перемен можно считать следующие: постепенное или законом подкрепленное внедрение со­временной судебной системы взамен традиционной; рецепция и применение европейских законоустановлений вместо норм и требо­ваний обычного права; введение норм и принципов европейского права в качестве сосуществующих с обычным правом; прямой запрет некоторых обычаев или традиционных форм регулирования кон­фликтов — рабства за долги, нанесения увечья в порядке мести или по принципу талиона и др.

Следующей после обычного права ступенью исторической эво­люции источников права было и остается традиционное право — ин­дуистское, мусульманское, конфуцианское. Исторически обычное и традиционное право нередко сосуществовали, о чем свидетельству­ет, к примеру, такой текст из «Законов Ману»: «Веду, смрити, одоб­ренный обычай и то, что согласуется с доброй совестью, мудрые провозгласили прямым доказательством дхармы» (Законы Ману, 11, 12). Среди основных стадий оформления древнеиндуистского права самой важной следует считать помимо Вед и смрити (дхармашастр и артхашастр) еще и стадию комментариев к дхармашастрам, которые, собственно, и придали священным религиозным текстам вид ком­пиляции и толкований, а следовательно, практических руководств религиозно-этического и религиозно-правового характера. Именно

в этих комментариях, составляемых брахманами, были собраны, упорядочены и модифицированы наиболее распространенные ин­ституты и нормы обычного права. Период составления и коммента­риев к дхармашастрам (VII—XVII вв.) стал, по некоторым оценкам, периодом «критического исследования и консолидации права» (С. Десаи). Позднейшие дхармашастры и комментарии к ним, на­пример дхармашастра Нарадасмрити, представляют собой закончен­ное произведение юридического назначения, сочетающее брахман­ские наставления с функциями судебника, в котором изложены почти все процедуры и требования материального и процессуально­го права.

Следующая стадия эволюции права связана с модификацией тра­диционного права под воздействием местного и колониального за­конодательства метрополий. В Индии этот процесс привел к образо­ванию смешанного англо-индуистского права, которое уже не похоже ни на одну из составивших его партикулярных систем. Так, индуист­ское право стало действовать как одна из партикулярных систем на­ряду с мусульманским некодифицированным правом, английским прецедентным и статутным правом и обзавелось впоследствии таки­ми конструкциями и подходами к решению правовых вопросов, ко­торые благодаря использованию юридических фикций и принципов позволяют «беспрепятственно достигать поставленной цели» (См.: Derett J. Introduction to Modern Hindu Law. Oxford, 1963).

Современное право Индии подразделяется в своих источниках на несколько групп, связанных с наличием четырех религиозных об­щин — индусов (индуистов) (самая большая группа, от 300 до 500 млн человек), мусульман, парсов и христиан. Каждая из этих групп имеет свои источники права и институты, относящиеся к та­ким важным областям их религиозного и этнического быта, как бра­ки, разводы и наследование имущества. Так, вопросы брака и разво­да стали предметом регулирования в Законе о браке индусов 1955 г.; право мусульман в этих отношениях не стало кодифицированным и содержится в традиционных источниках мусульманского права и су­дебных прецедентах; право христиан было урегулировано в Законе о браке индийцев-христиан 1872 г. и Законе о расторжении брака 1869 г.; аналогичное право парсов — в Законе о браке и разводе пар­сов 1936 г. Согласно Закону о специальном браке, принятому в 1954 г., заключаемые с учетом требований этого закона браки явля­ются законными независимо от религиозной принадлежности бра- чующихся сторон.

Очень существенным аспектом правового регулирования и судеб­ной деятельности является здесь практика перехода из одной веры в другую. Особенно частыми такие переходы были среди тех индий­ских граждан, которые традиционно пребывали в составе так назы­ваемых неприкасаемых каст. Из истории известно, что для того, что­бы избавиться от приниженного социального статуса, значительное число таких граждан, проживавших в Бенгалии, Кашмире и Пенд­жабе, перешли в мусульманскую веру еще в период господства дина­стии Великих Моголов (XVI—XVII вв.). Эта практика существует и в современной Индии. В 1955 г. 300 тыс. индусов перешли в буддизм, избавляясь от иерархии каст и действия индусского права. Также имеют место случаи возвращения к вере отцов — под воздействием подъема религиозно-общинного духа или конфликтов на религиоз­но-общинной почве.

Одна из важнейших задач социального и политического характе­ра, которая встала перед всеми развивающимися странами, — это за­дача упорядочивания права, в частности систематизации и кодифи­кации и одновременно унификации разнотипных элементов струк­туры национальной системы права. Но цели интеграции и унификации достигаются не без специфических трудностей. Упро­щая структуру права за счет кодификации, правительства и законо­датели этих стран сталкиваются с проблемой незавершенности выде­ления традиционного и обычного права из системы других социаль­ных норм (прежде всего религиозных, культовых и др.), а также с необычайной живучестью традиционных социальных структур, тра­диционного сознания. Решение проблемы унификации права, по мнению некоторых комментаторов, равносильно решению главной задачи в строительстве нации современного типа.

<< | >>
Источник: Графский В. Г.. Всеобщая история права и государства: Учебник для ву- юв. - 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Норма, — 752 с.. 2007 {original}

Еще по теме Особенности эволюции права и государственной организации в развивающихся странах Азии, Африки и Латинской Америки:

  1. Особенности эволюции права и государственной организации в развивающихся странах Азии, Африки и Латинской Америки
  2. Отв. ред. проф. Б. А. Страшун. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: Учебник: В 4 т. Т. 4. Часть Особенная: страны Америки и Азии — Издатель­ство НОРМА (Издательская группа НОРМА—ИНФРА • М), — 656 с., 2001
  3. 3. Особенности правовых систем стран Латинской Америки
  4. Унификация права стран Латинской Америки
  5. § 2. Источники права и судебные системы в странах Латинской Америки
  6. 50. Партийные системы стран Латинской Америки
  7. 76. ПАРТИЙНЫЕ СИСТЕМЫ СТРАН ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ
  8. 1. Формирование правовых систем стран Латинской Америки
  9. Глава I. СМЕРТНАЯ КАЗНЬ В СТРАНАХ АЗИИ, БЛИЖНЕГО ВОСТОКА И АФРИКИ
  10. Централизованная и функциональная децентрализованная публичная администрация в странах Латинской Америки
  11. 78. Партийные системы стран Латинской Америки
  12. 51. Президент и правительство. Законодательные органы. Форма правления в странах Латинской Америки
- Кодексы Российской Федерации - Юридические энциклопедии - Авторское право - Адвокатура - Административное право - Административное право (рефераты) - Арбитражный процесс - Банковское право - Бюджетное право - Валютное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Диссертации - Договорное право - Жилищное право - Жилищные вопросы - Земельное право - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Коммерческое право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право Российской Федерации - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Международное право - Международное частное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Основы права - Политология - Право - Право интеллектуальной собственности - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Разное - Римское право - Сам себе адвокат - Семейное право - Следствие - Страховое право - Судебная медицина - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Участникам дорожного движения - Финансовое право - Юридическая психология - Юридическая риторика - Юридическая этика -