<<
>>

1.1 Социально-политические и экономические предпосылки придания региону особого экономического статуса

В настоящее время со всей очевидностью для ученых-криминологов, правоведов, да и для общества в целом стало ясно, что преступность - это не преходящее социальное явление, а постоянно сопутствующий обществу не­гативный спутник его развития.

Вместе с тем из этого не следует вывод о полной "капитуляции" пе­ред преступностью и невозможности противоборства с нею. Скорее наобо­рот. Знание того, что преступность есть порождение общества, "плоть от

плоти" его негативных отношений, должно стимулировать и направлять к поиску новых форм исследования "темной стороны" общества, способов сдерживания и нейтрализации ее разрастания.

Представляется, что на современном этапе развития криминальной ситуации в обществе, одной из таких новых форм является региональное ис­следование преступности.

Данный тезис обусловлен рядом обстоятельств. Во-первых, тем, что изучение преступности в масштабе всей страны и на этой основе выработка и реализация общегосударственных мер экономического, политического, пра­вового и иного характера, направленных на ее сдерживание, задача, в опре­деленном смысле трудновыполнимая. Это в свою очередь связано с глобаль­ными изменениями в обществе: децентрализацией формы правления госу­дарством, изменением идеологических и культурных основ общества, отка­зом от доминирования государственной собственности, развитием рыночных отношений и наконец переносом тяжести решения большинства вопросов жизнедеятельности общества на региональный уровень.

Во-вторых, региональные параметры преступности далеко не одина­ковы. В ряде мест мы наблюдаем заметный рост, в других регистрируется снижение. Такое положение не случайно, и имеет определенные причины. Например, количественные и качественные отношения в историческом, эко­номическом, социальном, демографическом развитии регионов, многонацио-нальность, протяженность территорий и в этой связи наличие национальных или территориальных проблем и уж тем более протекание вооруженных конфликтов.

Иными словами преступность для каждого региона детерми­нируется комплексом своих (присущих только данному региону) криминаль­ных факторов.

Этот специфический комплекс криминогенных факторов является отображением территориального своеобразия условий функционирования населения в данном регионе. При определенном уровне развития админист-

ративно-территориальной общности в каком-то регионе объективно сущест­вует и определенный уровень преступности. Изменение одного или несколь­ких компонентов жизнедеятельности человеческой общности ведет к изме­нению преступности.

В этой связи следует отметить, что региональное криминологиче­ское исследование как раз и состоит в определении специфического набора криминогенных и антикриминогенных факторов, детерминирующих пре­ступность, способствует разработке форм и способов коррекции первых, ли­бо при наличии высокого потенциала, активизации последних, в целях сни­жения влияния преступности на жизнь людей.

Основу региональных криминологических исследований составляют ранее проведенные исследования территориальных различий преступности. Интерес к которым возник еще на рубеже XX века. Так, известные юристы А.А. Герцензон, М.Н. Гернет и другие указывали на связь преступности с экономическими, социальными и демографическими факторами, алкоголиз­мом и пытались объяснить причины роста или снижения преступности в от­дельных губерниях и местностях страны1.

Современные ученые-криминологи также не стояли в стороне от данной проблемы, а проводили многочисленные исследования в самом ши­роком аспекте: от поиска региональных различий преступности и свойствен­ных им статистических закономерностей до выявления причин таких разли­чий и определении криминологических зон отдельных городов, районов и т.д. и их классификации.

Так, Г.А. Аванесов отмечает, что сравнительный региональный подход к изучению преступности позволяет фиксировать не только общие закономерности, но и специфику движения причин и условий данного явле­ния, особенности его местного проявления .

Это создает предпосылки для

дифференциации мер предупреждения преступности, профилактики пре­ступлений с учетом особенностей и перспектив развития региона1.

В свою очередь, на новые познавательные возможности территори­ального подхода к проблеме преступности, когда она рассматривается как функция общественного организма указывает Э.Э. Раска. Так, он пишет, что изучение эмпирических проявлений преступности в разрезе территориально-пространственных систем позволяет оценить ее как отражение социальных свойств общественного или качества условий жизнедеятельности общества организма в характеристиках преступности, в порождении преступной ак­тивности населения. В этом смысле преступность выступает как своего рода социальный показатель, как зеркало, отражающее реальное социальное со­стояние общества в целом, а не как особые, неизвестно откуда взятые факто­ры преступности .

При изучении региональных различий преступности исследователи шли от простого описания и сравнения этих различий до раскрытия меха­низмов взаимодействия изучаемых явлений, объяснения причин. При этом вскрывались закономерности и вычленялись факторы, влиявшие, в частно­сти, на состояние, структуру и динамику преступности на различных уровнях административно-территориального деления. Это давало возможность на ба­зе сравнительного анализа дифференцировать регионы в зависимости от "специфического" комплекса этих криминологических факторов и законо­мерностей, определяющих преступность и ее конкретные показатели3.

Иными словами, преступность отражает негативные свойства со­стояния, функционирования и развития общественного организма как цело­го. Она порождение всех взаимодействующих компонентов общества. Эти свойства взаимодействующих компонентов в тех или иных местностях про­являются по-разному, а значит по-разному они отображаются и в преступно­сти.

Такой достаточно новый подход к изучению преступности, факторов ее детерминирующих позволяет говорить о региональной преступности как о самостоятельном виде, так же как о рецидивной, женской, несовершенно­летних, городской, и т.д., со свойственными ей закономерностями и специ­фикой.

При этом постепенное выделение рассматриваемых исследований в самостоятельное направление криминологии позволило некоторым авторам определить их как "региональную криминологию"1.

Появление такого подхода к изучению преступности по всей вероят­ности обусловлено задачами, стоящими перед ним2.

С одной стороны, он позволяет выявить различия в криминологиче­ской характеристике регионов Российской Федерации, которые: предопре­деляют существенную региональную специфику процессов преступности и связанной с ними криминологической ситуации в различных зонах; требуют дифференцированного подхода к организации борьбы с преступностью в ре­гионе.

С другой стороны, такое изучение расширяет возможности регио­нальной стратегии предупреждения преступлений силами и средствами ОВД и обеспечивает оптимальное формирование управленческих решений, свя-

занных с правовым, организационным, материальным и иным обеспечением профилактики преступлений и борьбы с преступностью в исследуемых ре­гионах России.

В связи с развитием нового (регионального) направления в изуче­нии преступности в литературе широко используются различные термины: "география, территориальные различия, территориальные особенности, ре­гиональные различия «преступности»1 и т.д. Их употребление в такого рода исследованиях преступности одни связывают с "геофизическими"2 особен­ностями преступности, другие - с социальными и демографическими усло­виями жизни населения. Нам же представляется, целесообразным использо­вать термин "региональная преступность", который как раз и отражает ис­торические, территориальные, экономические, социальные и иные особенно­сти, характеризующие преступность на конкретной территории.

Термин "регион" происходит от латинского слова "region" и означает "район, область"3.

Согласно словарю русского языка СИ. Ожегова регион означает тер­ритории, районы, объединения по какому-нибудь общему признаку4.

Напри­мер, социальное пространство, под которым принимается форма и условия существования человеческой общности5.

Таким образом, региональное исследование преступности предполагает

криминологический анализ административно-территориальных систем, вы­явление дестабилизирующих факторов в них, источников дезорганизации и социального напряжения, в результате взаимодействия всех основных ком­понентов и сфер рассматриваемой социальной системы1. А она как живой ор­ганизм, функционируя в исследуемых регионах и проявляя свои специфиче­ские свойства, и продуцирует региональную преступность.

Иными словами, основной тезис отечественной криминологии о пре­ступности как социальном явлении обусловливает всестороннее изучение детерминирующих ее социальных связей через призму их территориальных различий.

Анализ проведенных ранее исследований по данной проблеме по­зволил выявить и сгруппировать блоки факторов региональных различий преступности. В первую очередь связанных с социально-экономическими, демографическими и другими особенностями регионов. К ним относят: а) материальные условия жизни; б) характер условий труда; в) негативные по­следствия миграционных процессов; г) особенности обыденного нравствен­но-правового сознания населения; д) уровень потребления алкоголя и харак­тер питейных обычаев и привычек; е) особенности криминологической ха­рактеристики представителей отдельных социальных групп населения2. Здесь же необходимо отметить, что общим итогом у всех исследователей является подтверждение наличия устойчивых связей социально-экономических и прочих факторов с преступностью, но при главенствующей роли первых.

Исследования проводились в разных регионах страны, кроме Северо-Кавказского.

В связи с этим диссертантом была предпринята попытка исследования

региональных особенностей преступности в Республике Ингушетия.

Данный выбор сделан не случайно. Так, образованная в июне 1992 го­да Республика Ингушетия является одной из самых "молодых" в составе Рос­сийской Федерации.

Находящаяся в зоне компактного проживания ингушей с несколькими сельскими районами, ориентированными на сельскохозяйст­венное производство, о низким уровнем развития промышленности, она оказалась в эпицентре острого этнополитического кризиса на Северном Кав­казе.

Кроме того, в республике, при наличии слабой экономической базы, в силу отсутствия прочных и долговременных экономических отношений с другими субъектами Российской Федерации, "соседством" с зоной воору­женного конфликта и как следствие нерешенностью многих социальных вопросов, наиболее ярко проявились последствия системного кризиса охва­тившего вое российское общество.

Однако несмотря на эти проблемы руководство Ингушской Республи­ки предпринимает попытки к нормализации жизнедеятельности в этом ре­гионе. Одной из таких попыток является образование в 1994 г. на территории Ингушетии зоны экономического благоприятствования (ЗЭБ) и в 1996 г. Центра Международного оффшорного бизнеса (ЦМОБ), в рамках создания на территории России зон с особым экономическим статусом. Установление такой зоны явилось положительным фактором по стабилизации социально-экономической ситуации в регионе.

Ингушетия получила реальные возможности для своего экономиче­ского и социального развития, в целях преодоления тяжелого кризиса, свя­занного с политической обстановкой на Северном Кавказе.

Тем не менее придание такого рода статуса региону повлекло за собой не только положительные моменты. На его фоне в республике стал отме­чаться рост отдельных видов преступлений, усложнение криминальной об­становки.

Однако, прежде чем преступить к исследованию криминальной ситуа­ции в регионе с особым экономическим статусом (ОЭС) представляется не­обходимым раскрыть вопрос о понятии этого статуса, его видах и истории развития.

Интернационализация хозяйственной жизни, потребность более эф­фективного использования географических и иных преимуществ определен­ных территорий привели к созданию во многих странах особых экономиче­ских зон. В различных вариантах они существуют в КНР, США, Франции, Вьетнаме, Болгарии, Венгрии, Мексике, Ирландии, Южной Корее и в ряде других государств.

Первоначально свободной экономической зоной считалась особая территория крупного морского порта, железнодорожного узла, аэропорта или примыкающего к ним района, выделенная из таможенной территории страны для свободного и беспошлинного ввоза и вывоза иностранных това­ров.

Такие зоны сохранились и до настоящего времени. В них товары хра­нятся на складах неограниченный или ограниченный срок, расфасовывают­ся, пересортировываются и перерабатываются, а затем поставляются на внутренний рынок данной страны с уплатой пошлины или вывозятся беспо­шлинно за границу.

Использование подобных экономических зон позволяет поставщикам отложить реализацию товаров до повышения на них опроса и соответствен­но цен, демонстрировать продукцию потенциальным оптовым покупателям, дорабатывать ее в целях уплаты в дальнейшем меньшей пошлины.

Исторически же таким зонам предшествовало создание "свободных портов", т.е., территорий беспошлинного складирования товаров на период поиска покупателей. Первоначально "свободные порты" создавались для раз­вития местного рынка, а затем и для содействия расширению международ­ной торговли. Так, например, статус "свободных портов" имели Генуя (с

1595г.), Венеция (с 1661 г.), Марсель (с 1689 г.).

По мере монополизации рынка и усиления экономической политики государств "свободные порты" стали упраздняться, а на их территориях и в других торговых центрах начали создаваться свободные экономические зо­ны, где все большее значение приобретала переработка товара.

Основателями такого типа свободных экономических зон были анг­личане П. Халл и С. Хоув, а также американец С. Бутлер, которые пришли к выводу, что государственное вмешательство при различного рода кризисных ситуациях не в состоянии предотвратить экономический упадок крупных промышленных центров. По их мнению, не спасали положения и традици­онные меры экономического и политического воздействия на хозяйствен­ную деятельность этих территорий, что обусловливало необходимость поис­ка новых форм экономических отношений в целом и совершенствовании су­ществовавших, в частности.

Стремительное увеличение числа регионов с особым экономическим статусом - одно из наиболее характерных явлений, получивших интенсивное развитие в мировой экономике за истекшую четверть века. В этот период бы­ло более четко определено их понятие, функции и формы.

Так, в конвенции Киото (май 1973г.) было приведено такое опреде­ление понятия "свободная экономическая зона" - это часть территории од­ного государства, на которой ввезенные товары обычно рассматриваются как товары, находящиеся за пределами таможенной территории по отношению к праву импорта и соответствующим налогам и не подвергающиеся обычному таможенному контролю.

Наибольшее распространение случаев придания той или иной террито­рии особого экономического статуса получило в развивающихся странах. Ес­ли к 1981 г. в указанных государствах было создано 96 таких зон, то к началу 1990г. - уже около 300. Еще несколько десятков таких зон находится в стадии формирования.

21

В целом же в мире создано более 600 зон, и в основном во второй по­ловине XX века. В Западной Европе в начале 90-х годов действовало около 100 свободных экономических зон. Больше всего их было создано в Швей­царии (26), Испании (22), Италии (11), во Франции (10), в Финляндии (7), ФРГ (6).

Среди "классических" свободных экономических зон, наиболее распро­страненных в настоящее время, можно отметить следующие: беспошлин­ные зоны, расположенные на основных перекрестках международных транс­портных систем; экспортные промышленные зоны, ориентированные глав­ным образом на внешнюю торговлю; парки технологического развития, ко­торые создаются на основе существенного в принимающей стране научно-технического потенциала, но с участием иностранного капитала и с исполь­зованием прогрессивного оборудования, ноу-хау, а также зарубежного управленческого, коммерческого или маркетингового опыта; зоны страхо­вых и банковских услуг, способствующих укреплению этой исключительно важной сферы экономики; импортно-промышленные зоны и зоны по заме­щению импорта, которые призваны обеспечить принимающую страну со­временными товарами, а местные предприятия - передовой технологией.

Все зоны с особым экономическим статусом (беспошлинные тамо­женные территории, промышленно-торговые и технико-внедренческие зоны и т.п.) объединяет беспошлинный или льготный режим ввоза и вывоза това­ров, определенная обособленность в хозяйственном, торговом, валютно-финансовом отношениях от остальной территории принимающей страны, активное взаимодействие с иностранным капиталом, а также тесная связь о мировым рынком.

На практике, в чистом виде, перечисленные экономические зоны встречаются редко. Обычно для каждой из них присуще сочетание характер­ных тенденций указанных экономических зон.

При всем же разнообразии в основном созданные зоны можно свести к

22

нескольким основным типам: таможенной зоне экспортного производства и комплексной (наиболее успешный пример последней дает зона вокруг ир­ландского аэропорта Шеннона, аналогичная зона была создана в Японии на острове Окинава). В КНР и в некоторых других странах были созданы тех­нологические зоны. Мировой опыт свидетельствовал о том, что для создания зоны требуется наличие ряда факторов. К их числу относится следующее:

- связь с международными рынками (транспортные и телекоммуникационные возможности);

- степень развития инфраструктуры, в том числе деловой инфраструктуры (банковское и страховое обслуживание, экспедиторские, информационные и другие службы, биржи и т.п.);

- определенный уровень развития промышленности в регионе, позволяющий устанавливать субподрядные отношения, использовать квалификационный персонал;

- обеспеченность рабочей силой и наличие развитой социально-производственной структуры, жилого фонда;

- обеспеченность кадрами специалистами в области практического осуществ­ления внешнеторговых связей, инвестиционного и других форм сотрудниче­ства с зарубежными странами. Главным все же остается выгодное экономи­ко-географическое положение и привлекательность для иностранного инве­стора.

В процессе развития некоторые экономические зоны стали специализи­роваться исключительно на банковских и страховых операциях. Они получи­ли название банковских, франковых зон.

Наиболее известные банковские франковые зоны были созданы в Гон­конге, Сингапуре, Бахрейне и Маниле, а также на многочисленных островах в Карибском море (на Багамах, Бермудах и т.д.).

Такие финансовые центры, расположенные в развивающихся странах, часто еще называют оффшор-центрами, а оффшор-сделкой ту или иную one-

23

рацию между иностранным (по отношению к месту ее совершения) кредито­ром и заемщиком.

Член совета управляющих Федеральной резервной системы США Г. Уоллик определяет "оффшор-центр" как географическую точку, где кредит­ные средства заимствуются у нерезидентов и предоставляют другим нерези­дентам через посредничество банков или иных финансовых институтов. Преобладание именно таких операций характерно для банковских франковых зон Карибского региона.

Следует отметить, что указанные центры расположены не только в развивающихся странах, но и в промышленно развитых государствах. В отношении последних также нередко используется термин "оффшор", по­скольку этот банковский бизнес представляет собой вненациональную бан­ковскую деятельность на базе валютных кредитных ресурсов в междуна­родных финансовых центрах.

Оффшорным бизнесом считается любая разрешенная законодательст­вом зарубежная коммерческая деятельность зарубежных резидентов в ино-странных валютах о территории страны их регистрации о резидентами зару­бежных стран в льготных регистрационном, валютном, таможенном, нало­говом и административном режимах. Оффшорными считаются и зарубежные операции, совершаемые оффшорными компаниями, зарегистрированными в одной и той же стране. Из запретов для таких компаний надо выделить два главных. Во-первых, повсеместно им запрещено (в соответствии с междуна­родной практикой) заниматься торговлей оружием, наркобизнесом, отмы­ванием "грязных денег" и порнобизнесом. Во-вторых, им запрещена любая коммерческая деятельность на рынке страны их регистрации, за исключе­нием приобретения услуг и товаров для жизнеобеспечения их офисов и ино- странного персонала. Оффшорные компании к тому же должны мобилизо­вать свой капитал из внешних источников и воздерживаться от использова­ния национальной валюты страны их регистрации в своих расчетах.

24

При соблюдении этих требований оффшорные компании получают от местной администрации такие весомые льготы, как полное или частичное освобождение от местных налогов, валютную автономию, либеральное ре­гулирование открытия и ведения счетов в местных и зарубежных банках, анонимность владельцев, конфиденциальность деловых операций, свобод­ную передислокацию в другие страны, упрощенную отчетность перед мест­ной администрацией и гарантии оффшорного режима на 10-20 лет.

В современном мире более 60 стран и территорий создали на всей или части своей территории международные оффшорные финансовые центры (МОФЦ) для привлечения иностранных инвесторов. Около 50 стран счита­ются классическими оффшорными юрисдикциями, где льготный оффшорный режим введен специальными законодательными актами. В остальных странах он применяется селективно, ограниченно и без принятия специаль­ных законов, используя особенности местного гражданского права в интере­сах снижения налогообложения отдельных видов деловых операций. Если малые развивающиеся страны тяготеют к созданию классических оффшор­ных центров, то развитые страны склонны предоставлять налоговые и иные льготы только в некоторых отраслях - без введения в действие оффшорного режима в полном, классическом объеме. Хотя все государства заинтересова­ны в расширении национальной базы налогообложения и увеличении коли­чества налогоплательщиков, в том числе и нерезидентов, далеко не вое из них готовы поступиться сиюминутными выгодами ради будущих солидных доходов. Поэтому отношение большинства государств к оффшорному биз­несу остается весьма противоречивым и двойственным. Многие из них не прочь извлекать выгоды за счет привлечения капиталов нерезидентов в свою экономику, но всеми возможными способами препятствуют уходу их резидентов от налоговой ответственности и переводу их капиталов за рубеж. Они пытаются ограничить операции зарубежных оффшорных компаний на своих национальных рынках и одновременно заполучить дополнительный

25

слой налогоплательщиков из числа нерезидентов, к тому же лишенных права получать доходы на рынках страны их регистрации. Другие государства с хрупкой экономикой и узким внутренним рынком готовы дать иностранным предпринимателям глубокие льготы ради их регистрации под юрисдикцией этих государств, и именно такие государства обычно становятся классиче­скими оффшорными юрисдикциями. Так или иначе около 1/4 государств со­временного мира ввели на своей территории полный или частичный офф­шорный режим для иностранных резидентов.

По далеко неполным официальным данным, сегодня в мире действует, как минимум, 1,5 млн. оффшорных компаний, и эта цифра может смело быть удвоена, поскольку более половины МОФЦ не публикуют соответствующие официальные данные, а среди них находятся и весьма популярные оффшор­ные центры. По официальным данным, к началу 1995 г. количество зарегист­рированных оффшорных компаний составляло в Ангилье - 3585, в Антигуа

- 3500, в Арубе - 5000, на Багамских островах - 71 000, в Барбадосе - 1630, в Беливе -2020, на Бермудских островах - 7902, на Британских Виргинских островах - 135 000, в Вануату - 2255, на острове Гернси - 14 .1, в Гибрал­таре - 53 991, в Гонконге -415 911, на острове Джерси - 29 247, в Ирландии

- 212000, на Кипре - 27407, на острове Лабуан - 352, в Лихтенштейне - 70 000, в Люксембурге - 50 400, в Маврикии - 1840, на острове Мадейра - 1500, на Мальте -1255, на острове Мэн - 34290, на Нидерландских Антильских ост­ровах - 21 000, в Панаме - 306 102 и на островах Тюрке и Кайкос -12 800 оффшорных компаний. Как видно ив приведенных данных, оффшорные компании представляют собой большой слой состоятельных налогоплатель­щиков, и многие страны получают солидные валютные доходы от их регист­рации и обслуживания на своей территории. Это в свою очередь обусловлено тем, что физические и юридические владельцы крупных состояний и активов стремятся к экономической свободе и недовольны высоким налогообложени­ем, валютным контролем, ограничениями на движение капитала, а порой и

26

прямыми угрозами для их имущества и самой их жизни. Поэтому, бизнесме­ны избегают постоянно проживать в странах с высокими налогами, переме­щают капитал из страны в страну, проводят налоговую чистку своих личных доходов на стадии налогообложения ищут страны с низкими налогами и стремятся вообще исчезнуть из поля зрения налоговых служб, перемещаясь в статусе "постоянных путешественников" по всему свету.

По одной этой причине масштабы оффшорных операций в междуна­родных экономических отношениях скорее занижены, чем завышены.

Как уже говорилось, сегодня более 60 стран и зависимых территорий (а это каждое четвертое государство современного мира) предлагают ино­странным резидентам свои оффшорные услуги и льготы. При этом, как ут­верждают эксперты, сейчас до половины мирового оборота капитала прохо­дит по каналам оффшорного бизнеса. Совсем недавно контролируемый оффшорными компаниями капитал оценивался экспертами в 500 млрд. дол­ларов США, а сегодня не исключаются, что они контролируют около 1,5 триллионов долларов США. В мире известно несколько МОФЦ, аккумули­рующих крупные вклады зарубежных резидентов, сумевших вывезти свои капиталы за пределы своих стран и укрыть их от контроля национальных налоговых служб. Около 1/3 мирового торгового флота зарегистрировано в открытых морских регистрах стран "удобного флага", хотя эти страны и не являются крупными морскими державами.

В свободных банковских зонах, называемых иногда еще и "налоговы­ми убежищами" или "фискальными оазисами" и существуют очень благопри­ятные условия для проведения кредитно-финансовых операций (чрезвычайно льготный режим налогообложения банков, а в некоторых зонах фактически полное отсутствие такового), что усиливает их привлекательность для ино­странных кредитных институтов и международных капиталов.

Однако такие условия и как следствие - успешная деятельность сво­бодных банковских зон может, и весьма негативно, влиять на финансовые

27

интересы государств. Так, по оценке американских экспертов, служба внут­ренних доходов США ежегодно недополучает более 4 млрд. долл. в резуль­тате совершения американскими банками операций не на своей территории.

Общая же утечка капиталов из США на банковские счета только в Ка­рибской экономической зоне составила в 90-х годах более 100 млрд. долл.

Как видим, создание особых экономических зон получило на Западе большое развитие, но оценка их деятельности во многом зависит от того, что такая зона может дать национальной экономике в конкретных условиях хо­зяйствования и в данной экономической ситуации.

В целом же, создание зоны с особым экономическим статусом в любой стране предусматривает прежде всего ускоренное развитие той или иной тер­ритории. Развитие таких зон позволяет правительствам принимающих стран смягчать кризисные ситуации в национальной экономике и преодолевать трудности в государственных капиталовложениях в регионе. На самом деле, практика создания СЭЗ помогла в свое время США вырваться на качественно новый виток экономического развития (в 1983 году там было уже 83 СЭЗ), Бразилия с помощью СЭЗ воссоздала вещевое промышленное производство (созданная там в 1967 году СЭЗ уже в 80-х годах стала крупнейшим про­мышленным центром страны), СЭЗ помогла Китаю совершить решительный экономический взлет (в 1993 году доля китайских СЭЗ составляла 18% во внешнеторговом обороте страны), также и СЭЗ явились основой расцвета Тайваня и Южной Кореи. Исходя из сказанного необходимо отметить, что и в России, в целях эффективного социально-экономического развития, уста­новления прочных внешнеэкономических отношений и вхождения в систему мировой экономики была разработана собственная концепция СЭЗ .

Она основывается на том, что одной ив составных частей развития ры­ночных отношений в России является реформа деятельности внешнеэконо-

1 Зоны совместного предпринимательства в СССР. Концепция создания и функционирования // Внешняя торговля. 1989, № 6. С.2.

28

мического комплекса. Кроме существенного повышения его вклада в эко­номическое и социальное развитие страны, реформа одновременно преду­сматривает формирование в государстве экономики открытого типа, что предполагает не только ее тесную взаимосвязь о мировой экономикой, но и их созидательность. При этом развитие внешнеэкономических связей исхо­дит из того, что в современном взаимозависимом мире российская экономи­ка является частью мировой и не может успешно функционировать в отрыве от последней. Поэтому стратегия экономического развития нашей страны и разрабатывается с ориентацией на мировой уровень. Это подразумевает су­щественное усиление влияния внешнеэкономических связей на темпы, про­порции и характер экономического роста в стране, внутреннее ценообразова­ние и региональное развитие.

Предполагается, что новые формы внешнеэкономических связей (со­вместное предпринимательство на территории России, территории с особым экономическим статусом, зарубежное инвестирование и т.д.) призваны не только способствовать усилению использования в нашей экономике прогрес­сивной зарубежной технологии и управленческого опыта, развитию экспорт­ного сектора страны и расширению финансовой базы модернизации отечест­венного хозяйства, но предусматривают еще и решение такой задачи, как вы­вод России на статус уже не только международного торговца, но и между­народного инвестора.

Принципиально то, что курс на создание в России открытой экономи­ки опирается на непосредственный выход на мировой рынок всех заинтере­сованных российских предприятий, с различной формой собственности, пре­вращение внешнеэкономических операций в органическую составную часть их хозяйственной деятельности1.

1 См.: Общие принципы создания зон совместного предпринимательства // Приложение к газете "Экономика и жизнь". 1991, N 34. С.5-6; Зоны совме-

29

Незамедливший сказаться в 80-90 годах рост количества совместных предприятий в России не мог не привести к определенным качественным сдвигам, а именно к объединению совместных предприятий в регионах с ОЭС, подобно тому как это происходило в ряде стран мира. Хотя следует от­метить, что и до революции в Одессе (с 1817 г.), Владивостоке (с 1862г.) и Батуми (с 1878г.) существовали "порты франке" - свободные таможенные зо­ны.

Тем не менее постановление Совета Министров РСФСР "О дальней­шем развитии внешнеэкономической деятельности государственных, коопе­ративных и иных общественных предприятий, объединений и организаций", принятое в марте 1989 г.,1 явилось основой для создания в порядке экспе­римента на территории Советского Союза нескольких особых экономических зон (у нас они получили название "зоны совместного предпринимательст­ва"2).

При помощь экспертов ООН была разработана специальная концепция, учитывающая сложившийся в стране подход к проблеме сводных зон, миро­вой опыт их функционирования и конъюнктуру международного рынка.

Однако в нашей стране при организации особых экономических зон пошли по другому пути.

В России было декларировано создание большого числа зон, часть из которых охватывала целые края и области, значительные по своим террито­риям (Алтайский край, Читинская область, Кемеровская область и др.)3. Ис-

стного предпринимательства в СССР. Концепция создания и функциониро-вания//Внешняя торговля. 1989, N 6. С.2.

1 См.: Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1993,N23.C2166.

2 Более привычным и соответствующим международной практике пред­ставляется термин "свободная экономическая зона", которым мы и пользу­емся в дальнейшем изложении.

3 Представление об этом дают следующие данные: Зона "Алтай" - площадь 261 тыс.кв.км, население 3,7 млн. жителей,. Зона "Выборг" - население 150

30

ходным при создании этих зон было благое пожелание улучшить положение и решить другие задачи, главным образом, за счет предоставления льгот по сохранению в местном бюджете налоговых отчислений, а это сказалось не­реальным.

Сказанное не означает, что в России нет зон со всех точек зрения, от­вечающих приведенным выше Международным критериям. Ярким примером такого выбора представляется зона "Янтарь", расположенная на территории бывшей Восточной Пруссии1. Географическое положение этой зоны на бере­гу Балтийского моря действительно уникально. Она входит в состав Рос­сийской Федерации, образуя своего рода анклав, окруженный Польшей и Литвой. Транспортные возможности: единственный незамерзающий порт России на Балтике, конечный пункт железнодорожной магистрали, причем европейской колеей, и автомагистрали Калининград - Берлин, планы полного восстановления которой уже подготовлены. Сам Калининград (бывший Ке­нигсберг) - город, где сходятся торговые пути Востока и Запада, Севера и Юга.

Другой пример выбора - порт Находка на Дальнем Востоке, составив­ший вместе с прилегающим к нему районом единую экономическую зону.

Перспективными представляются другие зоны на Дальнем Востоке -зона на Сахалине и особая экономическая зона "Курилы".

тыс.чел.; Зона "Ева" "Еврейская автономная область) - площадь 360 тыс.кв.км; Зона "Технополис-Зеле-ноград" - население 170 тыс.чел.; Зона "янтарь" - площадь 15500 кв.км, население - 1,1 млн.чел.; Зона "Санкт-Петербург"

- площадь 370 кв.км, население - 4,5 млн.чел.; Зона "Кузбасс"

- площадь 95500 кв.км, население - 3,5 млн.чел.; Зона "Садко" (Новгородская область) - площадь 55300 кв.км, население - 1 млн.чел.; Зона "Сахалин" -площадь 87100 кв.км. население-800 тыс.чел.; "Чита" (Читинская область)

- площадь 431 тыс.кв.км, население - 2 млн.чел; "Находка" - площадь 1600 кв.км, население - 200 тыс.чел.

1 См.: Караваев В. Региональное развитие и сотрудничество (Калининград­ская область, СЭЗ "Янтарь")//Внешняя торговля. 1994, N 2-3. С.22-25.

31

Что же касается исследуемого нами региона, то придание ему особого экономического статуса и соответственно выбор Ингушетии в качестве пер­вого оффшорного центра России во многом объясняется трудным становле­нием самой молодой республики Российской Федерации в условиях кон­фликтной ситуации на Северном Кавказе.

В Концепции государственной национальной политики Российской Федерации отмечено: "Наследие прошлого, геополитические и психологиче­ские последствия распада СССР, социально-экономические и политические трудности переходного периода обусловили ряд кризисных ситуаций и сложных проблем этнического характера. Это проявляется в регионах, сосед­ствующих с зонами открытых конфликтов, в местах сосредоточения бежен­цев и вынужденных переселенцев, с проблемами "разделенных народов", на территориях со сложной социально-экономической и экологической обста­новкой, резкой нехваткой ресурсов жизнеобеспечения, в крупных городах с тяжелой криминогенной ситуацией. На этнополитическую ситуацию оказы­вают также серьезное негативное воздействие безработица, особенно в рай­онах, располагающих избыточными трудовыми ресурсами, правовая неуре­гулированность земельных и других отношений, наличие территориальных опоров, проявление этнократических устремлений. Наиболее сложным оста­ется регион Северного Кавказа."

- На самом деле, в этом регионе многие годы копилась и искала выхода напряженность в отношениях между соседями. Например, в 1973, 1979 и 1981 гг. между ингушами и осетинами имели место серьезные столкновения, при этом союзные власти необходимых профилактических мер не приняли. Особо следует подчеркнуть резкое осложнение ситуации и в самой Чечено-Ингушской автономной Республике1.

В связи с обострением ситуации в Чечено-Ингушской Республике и

на основании референдума 30 ноября 1991 г. Постановлением Верховного Совета Российской Федерации 4 июня 1992 г. на территории Назранского, Сунженского и Малгобекского районов бывшей Чечено-Ингушской Респуб­лики была создана Ингушская Республика (позднее Республика Ингушетия) с временной столицей в городе Назрань.

Республика Ингушетия была создана на базе трех западных районов бывшей Чечено-Ингушской автономной республики общей площадью 3570 кв. км. В экономическом отношении эти районы ориентировались на обслу­живание Грозного, специализируясь на сельскохозяйственном производстве, и не располагали современной инфраструктурой жизнеобеспечения. На севе­ре и западе Ингушетия граничит о Северной Осетией, на юге - с Грузией и на востоке - с Чеченской Республикой. Административная граница с Чечней еще не определена. Есть свои спорные проблемы и на осетино-ингушской границе.

Слабое развитие всех видов транспорта затрудняет транспортное со­общение с центром России и это обстоятельство тормозит хозяйственное развитие республики в условиях сложных отношений с Чечней и Северной Осетией.

Население - 279,6 тыс. человек, постоянно проживающих в респуб­лике. Здесь же проживают более 50 тыс. ингушей-беженцев из Северной Осетии. С началом военных действий в Чечне в республику прибыло еще и свыше 100 тыс. беженцев из Чечни. Все это для слабой экономики - явилось тяжелым бременем. Примерно половина трудоспособного местного населе­ния не имеет работы, а заработки на строительных и сезонных сельскохозяй­ственных работах в соседних районах Северного Кавказа для ингушей резко снизились. Трудоустроить беженцев из Чечни и Северной Осетии практиче­ски невозможно. Нынешняя ситуация в регионе не позволяет рационально использовать трудовые ресурсы республики. Экономика Ингушетии нахо­дится в крайне тяжелом положении. Раздел, произошедший в результате по-

33

литического кризиса повлек негативные последствия для Ингушетии, кото­рая унаследовала от Чечено-Ингушской автономной Республики менее 10% основных производственных фондов, причем большинство производствен­ных мощностей к 1992 г. находилось в эксплуатации 15 и более лет и нужда­лось в срочной замене и модернизации. Ингушетия оказалась без вузов, без больниц, без гостиниц, без водопровода и объектов культуры, здравоохране­ния и физкультуры. По основным показателям жизнеобеспечения Ингуше­тия оказалась на последнем месте среди субъектов Российской Федерации. Республиканский бюджет 1994 г. на 90% формировался за счет федеральных субсидий, промышленное производство снизилось на 60%, и по доходам на душу населения республика была последней среди субъектов Федерации.

В 1995 г. Правительство Республики Ингушетия приняло "Программу социально-экономического развития Республики Ингушетия на 1996 - 2006 годы" для достижения бюджетного самофинансирования за счет развития экономического потенциала республики в интересах повышения качества и уровня жизни населения. На реализацию этой программы требуются капита­ловложения в 1650 млн. долларов, причем в 1996-1998 гг. необходимо 700 млн. долларов, в 1999-2000 гг.

Республике срочно требовалась помощь Правительства России, но возможности федеральных властей в 1992, 1993 и 1994 гг. были весьма огра­ничены. Хотя помощь и оказывалась, но она была явно недостаточной. В ре­альной ситуации тех лет федеральное правительство оказалось не в со­стоянии удовлетворить даже самые насущные и первоочередные нужды ста­новления Республики Ингушетия. Тогда-то и возникла идея создания зоны с особым экономическим статусом в виде Зоны экономического благоприятст­вования "Ингушетия".

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации 740 от 19 июня 1994 г. ЗЭБ "Ингушетия" была первоначально создана "в порядке эксперимента" сроком на 1 год - с 1 июля 1994 г. до 1 июля 1995 г., а затем

34

срок действия особого экономического статуса был продлен до 31 декабря 1996 г.

Целями функционирования ЗЭБ "Ингушетия" считались "стабилизация политической и экономической ситуации, выполнение программы экономи­ческого и социального развития Ингушской Республики, становление ры­ночной инфраструктуры и создание благоприятных условии для притока и размещения отечественного и иностранного капитала на территории Респуб­лики Ингушетия".

Отечественные и зарубежные инвесторы благожелательно встретили создание ЗЭБ "Ингушетия". За период с июля 1994 г. по апрель 1996 г. в Зо­не зарегистрировано 3099 компаний, из них около 140 иностранных.

К сожалению, развертывание здесь зоны с ОЭС по времени совпало с чеченским конфликтом и началом широкомасштабных военных действий около Ингушетии. К тому же федеральное правительство не в полном объе­ме выделяло бюджетные ссуды. В 1994 г. бюджетная ссуда была определена в 150 млрд. рублей, а фактически составила только 10 млрд. рублей. В 1995 г. она планировалась в размере 500 млрд. рублей, а фактически составила 416 млрд. рублей.

Тем не менее экономический эффект, полученный от придания особо­го экономического статуса региону можно считать удовлетворительными. Средства, аккумулированные Зоной, составили порядка 500 млрд. рублей, то есть 70% всех капиталовложений в Республике Ингушетия за 1994-1995 гг. С участием ЗЭБ "Ингушетия" реализовано 52 объекта общей сметной стоимо­стью в 1,4 триллиона рублей, причем более 20 объектов уже сдано в экс­плуатацию.

Успеху деятельности ЗЭБ "Ингушетия" способствовало тесное со­трудничество законодательной и исполнительной власти с местными дело­выми кругами. Вполне вероятно, что без этого плодотворного сотрудничест­ва местной администрации и частного бизнеса развертывание ЗЭБ "Ингуше-

35

тия" могло бы вообще не состояться или, в лучшем случае, затянулось бы на долгие годы.

Руководство республики, энергично выступая за продление функцио­нирования ЗЭБ "Ингушетия", одновременно выступило и о инициативой создания первого оффшорного центра России именно на территории Ингу­шетии. Стоит особо подчеркнуть, что без развертывания ЗЭБ "Ингушетия", ее успешной деятельности и важного вклада в экономическое и социальное развитие Ингушетии вряд ли была возможной даже постановка вопроса об учреждении центра международного бизнеса в городе Назрань1.

В целом же, подведя итог анализу Российских зон с ОЭС следует отме­тить, что при их создании пошли по особому пути.

По всей видимости "такой путь" и привел к тому, что на сегодняшний день большинство из созданных ранее в России зон с ОЭС не оправдало воз­ложенных на них надежд. Например, в той же Калининградской области, где действует зона с ОЭС "Янтарь", за период ее существования объем инве­стиций в производство не только не увеличился, а даже снизился: если в 1996 году туда было инвестировано 22,2 млн. долларов, то уже в 1997 году - лишь 13,3 млн. долларов.

Точные цифры государственных потерь от деятельности таких зон и от неуплаты налогов по товарам, ввезенным в Россию через них, официально нигде не зарегистрированы, но из анализа результатов исследований, прово­димых Министерством экономики следует, что только за один год Россия не­дополучает налогов из-за особого экономического статуса не менее чем на 20 млрд. долларов.

Кроме этого, анализ статистических данных ГИЦ МВД России, мате­риалов научных исследований социальных и экономических процессов, раз­вивающихся в регионах, имеющих особый экономический статус (ОЭС), свидетельствует о росте ряда опасных криминальных явлений. Так, в ходе

36

процесса суверенизации республик государственная концепция придания оп­ределенному административно-территориальному образованию соответст­вующего статуса под влиянием региональных инициатив претерпела сущест­венные изменения. Особый экономический статус стал выступать уже не как внешний, а как внутриэкономический фактор, противостоящий централизо­ванной экономической политике. Размеры территорий, охватывающие не только небольшие районы, но и обширные области, и целые края, были заве­домо нереальными для реализации в них особых экономических условий хо­зяйственной деятельности, они требовали для обустройства инфраструктуры колоссальных капиталовложений, обеспечить которые российское прави­тельство было не в состоянии. Установление в масштабах краев и областей особых, соответствующих таможенных режимов явились технически невоз­можным и экономически нецелесообразным. Вопрос о развитии тех или иных регионов с особым экономическим статусом в России решался сти­хийно, при отсутствии соответствующей правовой базы2.

Следует отметить и негативное влияние режима особого экономическо­го статуса на криминогенную обстановку в регионах. Так, рост товарооборо­та здесь продолжает осуществляться за счет роста доли импорта, снижаются объемы экспортно-импортных операций со стороны СНГ. Почти 48,0% всего потока грузов адресуется в приграничные с такими регионами страны ближ­него и дальнего зарубежья. Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что образование зон с особым экономическим статусом на территории единого государства, где до недавнего времени существовала монополия на внешнюю торговлю, привело к разбалансированию системы внешнеэконо­мической деятельности (ВЭД). Пользуясь режимом благоприятствования, многочисленные субъекты ВЭД сосредоточились на незначительной терри-

тории с особым экономическим статусом.

Местные органы власти и структуры разрешительной системы не справляются с нарастающим валом внешнеторговых операций. В регионах с соответствующим статусом развился теневой сектор, который использовал ситуацию налоговой и таможенной неопределенности в преступных целях: отмывания доходов, полученных от незаконных видов деятельности; контра­бандных операций с потребительскими товарами, незаконный оборот оружия и наркотических средств; нелегальной миграции населения из стран Азии в Европе.

Особый экономический статус стал привлекательным для противоправ­ного извлечения доходов. Образовались широко известные криминальные анклавы противоправного бизнеса: Калининградский "транзит" (зона с ОЭС "Янтарь" - Калининградская область), фиктивный бартер с Китаем (зона с ОЭС "Находка" г. Находка, Приморского края), лжерегистрация хозяйст­вующих субъектов о целью уклонения от налогообложения (зона экономи­ческого благоприятствования "Ингушетия" - Республика Ингушетия) и дру­гие.

Кроме этого, действие Статуса в существующем виде, влечет за собой ряд весьма негативных последствий, таких как: усиление диспропорций тер­риториального развития принимающей страны и углубление социально-экономических диспропорций непосредственно внутри региона; отток в этот регион ресурсов с других территорий, сопровождающихся усилением в них несбалансированности экономики; злоупотребления Статусом; нелегальное пребывание на территории такого региона большого количества иностран­ных граждан; замена отечественной валюты в финансово-хозяйственном обороте на иностранную.

Наиболее характерными преступлениями для регионов с особым эко­номическим статусом являются: контрабанда; невозвращение средств в ино­странной валюте из-за границы; уклонение от налогообложения юридиче-

38

ских и физических лиц; неправомерное получение кредитов; фальшивомо­нетничество и подделка ценных бумаг; нарушение валютного законодатель­ства; нарушение правил торговли; лжебанкротство и незаконная предприни­мательская деятельность; нарушение таможенных правил; должностные пре­ступления в сфере хозяйственной и разрешительной деятельности структур исполнительной власти.

Среди совершаемых правонарушений преобладают корыстные пре­ступления. По статистическим данным за 1993 - 1999 года в структуре пре­ступности регионов с особым экономическим статусом, более 90% преступ­лений имеют корыстную направленность. В структуре экономической пре­ступности наибольшая доля приходится на хищения - до 70%, удельный вес имущественных преступлений превышает 60%. Продолжает расти удельный вес взяточничества, который составляет в среднем 2-3% в структуре пре­ступлений, совершаемых в таких регионах. В 1999 году в сфере экономиче­ской деятельности было выявлено более 2,7 тыс. фактов контрабанды, что на 45,3% больше чем за аналогичный период 1998 года.

О криминализации регионов можно судить по ситуации, складываю­щейся на территории калининградской области. На ее территории за 1999 год раскрыто более ста экономических преступлений, что почти в два раза больше чем в 1996 году.

Каждое пятое нарушение налогового законодательства приходится в таких регионах на сделки при проведении экспортно-импортных операций. Так, среди иностранных юридических лиц, функционирующих на террито­рии калининградской области органами налоговой полиции выявлено более 100 фирм, не стоящих на учете, но осуществляющих хозяйственную дея­тельность. На Сахалине массовый характер приобрели факты помещения ва­лютной выручки на счета иностранного партнера с целью последующего ис­пользования всей суммы и полученного банковского процента на собствен­ные нужды без налогообложения.

39

Отмена паспортно-визового режима в регионе Дальнего Востока с ана­логичным статусом привело к фактическому развертыванию гражданами КНР экономической экспансии. Расчеты по контрактам производятся ими наличными валютными средствами. Из общей суммы выделенных Минфи­ном РФ для развития инфраструктуры региона, по назначению была исполь­зована только треть суммы. На этой же территории установлены факты фи­нансирования из бюджетных средств коммерческих структур, занимающихся прикрытием криминальной деятельности и контролируемых преступными группировками.

Каждая вторая проверка финансово-хозяйственной деятельности субъ­ектов на территории калининградской области, завершилась выявлением на­логовых нарушений, число которых превысило средний аналогичный пока­затель по России в несколько раз.

В результате активной криминализации хозяйственной деятельности регионов с особым экономическим статусом преступные элементы перешли от накопления первоначальных капиталов к их вывозу за рубеж, помещению на счета в банках, расположенных в оффшорных зонах или приобретения не­движимости за рубежом. Подобные операции осуществляются при зачисле­нии на счета в банках "грязных" денег и их конвертации.

Статус используется для ввоза на территорию России некачественных продовольственных товаров. Нарушаются нормы российского законодатель­ства, регулирующие отношения на потребительском рынке (особенно в части сертификации товаров), создается угроза жизни и здоровью граждан.

В структуре преступлений, совершаемых на территории с ОЭС, харак­терно превалирование не только экономических преступлений, но и различ­ного рода административных правонарушений в сфере экономики: мелкие хищения совокупные потери от которых измеряются миллиардными сумма­ми. Пользуясь режимом приграничной торговли, граждане КНР и других государств в массовом порядке вывозят из России сырье, оборудование,

строительные материалы и другие ценности. Далее, по степени влияния на оперативную обстановку в регионах с ОЭС выделяется неконтролируемый "челночный" бизнес, нарушение пограничных правил, незаконное пересе­чение границы, контрабанда, незаконный лов рыбы и другой промысел в территориальных водах России.

В целом в сфере внешнеэкономической деятельности в 1999 году выяв­лено свыше 2,5 тыс. случаев контрабанд, две трети из них - в крупных разме­рах.

Совместными усилиями правоохранительных органов проводится про­верка свыше 30 тысяч валютных контрактов заключенных за последние три года, по которым российские экспортеры и импортеры в общей сложности недополучили валютной выручки, оплаченных в кредит товаров на сумму 21 млрд. долларов США, значительная часть которых являются бюджетными средствами. Огромные масштабы вывоза капиталов из России сопоставимы по объемам с получаемыми международными стабилизационными кредита­ми.

Размеры вывезенных из России средств определены на основе экс­пертных оценок специалистов. Так, по данным Министерства экономики России, за весь период реформ из страны вывезено 210-230 млрд. долл. США. Около 40-50 млрд. из указанной суммы получены в основном в ре­зультате незаконных экспортно-импортных, бартерных, валютно-финаноовых операций, а также легализации доходов, полученных от неза­конных видов бизнеса. По оценкам специалистов Банка России незаконный вывоз капитала из страны составляют от 12 до 15 млрд. долл. в год. Общая сумма капиталов, нелегально покинувших страну за пять лет, согласно этим оценкам эквивалента 70-80 млрд. долларов США.

Подводя итог вышеизложенному следует отметить, что мы затронули лишь некоторые аспекты исследования преступности в регионах с ОЭС. Од­нако даже этот небольшой анализ криминальной ситуации свидетельствует о

сложных процессах, происходящих в таких регионах. В этой связи возникает вопрос о степени влияния ОЭС не только на социально-экономическую си­туацию в регионе, но и на криминальную. Думается, что без подробного изучения состояния преступности на примере одного из регионов с ОЭС не­возможно ответить на поставленный вопрос. Рассмотрение этого аспекта представляется необходимым этапом настоящего исследования, одной из за­дач которого является анализ развития регионального направления в крими­нологии, объективная оценка уже достигнутого, определение перспектив и направлений дальнейших научных разработок.

<< | >>
Источник: Матиев Руслан Загиевич. Криминологические особенности преступности и предупреждение орга­нами внутренних дел ее проявлений в регионе с особым экономическим статусом (ОЭС). 2001

Еще по теме 1.1 Социально-политические и экономические предпосылки придания региону особого экономического статуса:

  1. 2. Основные концепции права и государства советского периода
  2. Тема 2. ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ПРАВОВОГО СТАТУСА ЛИЧНОСТИ В РОССИИ И В ДРУГИХ СТРАНАХ
  3. 12.6. Административная юстиция в России
  4. Краткий перечень латинских выражений, используемых в международной практике
  5. §1. Понятие, предмет и система избирательного права Российской Федерации
  6. § 4. Региональные источники конституционного права
  7. § 2. Конституционный Суд Российской Федерации и международное право
  8. § 1. Понятие арбитража. Основные теории правовой природы арбитража
  9. Рекомендуемая литература
  10. Исторические тенденции, проблемы и перспективы развития прокурорского надзора
  11. 21.2. Основные положения правового статуса личности в России и в других странах
  12. 2. Основные концепции права и государства советского периода
- Кодексы Российской Федерации - Юридические энциклопедии - Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административное право (рефераты) - Арбитражный процесс - Банковское право - Бюджетное право - Валютное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Диссертации - Договорное право - Жилищное право - Жилищные вопросы - Земельное право - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Коммерческое право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право Российской Федерации - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Международное право - Международное частное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Основы права - Политология - Право - Право интеллектуальной собственности - Право социального обеспечения - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Разное - Римское право - Сам себе адвокат - Семейное право - Следствие - Страховое право - Судебная медицина - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Участникам дорожного движения - Финансовое право - Юридическая психология - Юридическая риторика - Юридическая этика -